Сайт продается

Цена: 550$

Обращатся : [email protected]

ТОП новини

Сергей Чемезов под крышей Путина выводит миллиарды в офшоры

Сергей Чемезов под крышей Путина выводит миллиарды в офшоры

Уход с поста белгородского губернатора бессменного еще с 1990-х годов Евгения Савченко и его возможный скорый переход в Совет Федерации, привлекли внимание к деятельности в регионе коммерческих структур, находившихся под покровительством главы области и связанных с депутатом Госдумы, миллиардером Андреем Скочем и Станиславом Чемезовым – сыном гендиректора «Ростеха» Сергея Чемезова. Еще в 2019 году фирма Чемезова-младшего «Стройбизнесконсалтинг» проиграла суд о взыскании долга офшорной компании «Terra Frei Holdings Limited», в результате чего более 130 млн долларов совершенно легально оказались выведены на счета виргинского офшора. Вот только первоначально в истории с займом фигурировали еще две офшорных компании, одна из которых, согласно данным «панамского досье», оказалась связана с депутатом-олигархом Скочем. Последний имеет должные вес и влияние в Белгородской области, откуда неоднократно выдвигался в Госдуму. Это обстоятельство могло способствовать не только вынесению судом нужного решения, но также не допустить нежелательной огласки. С офшорами оказался связан и Станислав Чемезов, который в течение девяти лет строил на Белгородчине цементный завод: аффилированные с ним виргинские и кипрские структуры имели прямое отношение к нереализованному до сих пор проекту «Эврика», стоимость которого превысила 500 млн долларов.

 

Белгородский «мастодонт» Савченко уходит в Совфед

 

На минувшей неделе стало известно, что в досрочную отставку ушел 70-летний глава Белгородской области Евгений Савченко, бессменно руководивший регионом в течение 27 лет. В СМИ в том числе и на сайте http://compromat-sng.com уже его уже назвали «рекордсменом по пребыванию у власти» и «последним губернатором ельцинской эпохи».

Свой уход господин Савченко подготовил заранее: возглавив список «Единой России» на выборах в областную думу, он был избран депутатом, а уже на ближайшем заседании коллеги-законодатели готовятся рассмотреть вопрос о наделении экс-губернатора сенаторскими полномочиями. Так что скорее всего уже в ближайшее время мастодонт белгородской политики будет представлять регион в Совете Федерации.

Вот что называется, подумать собственном будущем! Как мы можем убедиться, уходить на заслуженный отдых Савченко не собирается и явно хочет продолжать управлять политическими и экономическими процессами, происходящими на Белгородчине.

Об ушедшем главе писали, как об успешном руководителе (ему ставятся в заслугу успехи на поприще сельского хозяйства) и борце за нравственность, способствовавшем введению в старших классах белгородских школ основ православной культуры. Гораздо меньше сообщалось о деятельности в регионе коммерческих структур, находившихся под негласным покровительством губернатора и связанных с российскими бизнесменами и политиками.

Тем не менее, известны случаи, когда эта деятельность становилась предметом судебных разбирательств. Но первоначальное внимание СМИ как-то очень быстро сходило на нет, а потом и вовсе затухало, словно по заказу. Например, один из таких процессов, проходивший в областном Арбитражном суде, детально описывало Агентство журналистских расследований «The Facts». Примечательно, что в нем «засветились» сразу две известных фамилии: Станислав Чемезов – сын главы «Ростеха» Сергея Чемезова, и действующий депутат Госдумы, миллиардер Андрей Скоч.

Проигранный суд Чемезова-младшего

Дело в том, что еще в 2009 году в Белгородской области было зарегистрировано ООО «Стройбизнесконсалтинг», специализирующееся на деятельности в области права и бухучета и в настоящий момент находящееся в процессе банкротства. Одним из совладельцев предприятия выступал Станислав Чемезов.

В апреле 2018 года стало известно, что белгородский арбитраж принял к рассмотрению исковое заявление зарегистрированной на Британских Виргинских островах офшорной компании «Terra Frei Holdings Limited» к фирме «Стройбизнесконсалтинг» о взыскании 131,1 млн долларов, из которых 119,5 миллионов – задолженность перед офшором, а 11,6 млн долларов – процент за пользование займом. Кроме того, истец намеревался взыскать сумму процентов за пользование заемными средствами по ставке Libor + 2% годовых за период с даты вынесения судебного решения по момент фактического возврата займа.

Забегая вперед заметим, что в апреле 2019 года судья Юрий Дробышев своим решением удовлетворил требования истца в полном объеме, взыскав с ООО «Стройбизнесконсалтинг» всю сумму долга, плюс проценты, включая ставку Libor. Таким образом, легким движением руки 131 миллион долларов со счетов российской компании был выведен в офшор, причем совершенно легально и во исполнение судебного решения.

Согласитесь, схема просто беспроигрышная! Примечательно, что в сентябре 2019-го Станислав Чемезов вышел из числа учредителей компании, а уже в декабре на предприятии была введена процедура наблюдения. Получается, что «Стройбизнесконсалтинг» банально «слили» за ненадобностью? Как говорится, «мавр сделал свое дело, мавр может уходить...».

Но какую роль в произошедшем выводе финансов сыграл политик-олигарх Андрей Скотч? Для этого нужно вникнуть в некоторые обстоятельства дела.

Офшорный след депутата Скоча

На самом деле, вся эта история густо «замешана» на офшорах. Как следует из судебных документов, в ноябре 2013 года между двумя виргинскими компаниями «HOVIGTON ENTERPRISES LIMITED» и «OLDRICH TRADING LIMITED» был заключен договор займа, тот самый, о котором говорилось выше – на 130 млн долларов. По условиям договора и в соответствии с графиком платежей, заемщик обязался погашать долг двадцатью шестью равными платежами, начиная с 1 июня 2016 года до 1 декабря 2028-го.

Казалось бы, причем здесь белгородское ООО «Стройбизнесконсалтинг»? Дело в том, что предприятие Станислава Чемезова и его компаньона Александра Мирошниченко выступало официальным поручителем по договору займа между двумя офшорами.

Что происходило дальше можно только предполагать, но с выплатой долга возникли проблемы и в июне 2017 года первоначальный офшорный заимодавец «HOVIGTON ENTERPRISES LIMITED» переуступил права по договору другой офшорной компании – «Terra Frei Holdings Limited», которая впоследствии будет проходить в качестве истца в судебном процессе по взысканию долга. Кроме того, имела место переуступка прав по договору поручительства, заключенного с ООО «Стройбизнесконсалтинг».

Для чего понадобилось подключать к схеме «Terra Frei Holdings Limited»? Вот здесь самое время вспомнить другом «герое» этой истории – Андрее Скоче. Дело в том, что еще в 2016 году российские СМИ со ссылкой на знаменитое «панамское досье» назвали имена российских политиков, являвшихся бенефициарами офшорных структур. В том числе, депутатов Госдумы и членов Совета Федерации, которых, по мнению авторов «Forbes», можно было «заподозрить в бойкоте собственного антикоррупционного закона».

Среди этих потенциальных «нарушителей» фигурировал и депутат Скоч. Как писал «Forbes», его отец пенсионер Владимир Скоч, согласно «панамскому досье», в разное время являлся совладельцем восьми офшорных компаний. Среди них оказалась и уже знакомая нам «HOVIGTON ENTERPRISES LIMITED», тот самый первоначальный заемщик 130 млн долларов. Указанной структурой Скоч владел и в то время, когда был заключен договор займа.

Не потому ли в 2017 году этот офшор потребовалось вывести из игры, что годом ранее его настоящий бенефициар «засветился» в СМИ, а значит вывод денег на счета компании, аффилированной с депутатом, мог вызвать много не нужных вопросов? А так, все прошло гладко, судья Дробышев вынес нужное сторонам решение, деньги осели на иностранных счетах, белгородскую же фирму-ответчика вскоре списали «в утиль». Вскоре «тонущий корабль» предусмотрительно покинул его совладелец Чемезов-младший.

Связана ли выигравшая дело «Terra Frei Holdings Limited» с кем-то из родственников депутата Скоча или его собственными коммерческими структурами? Во всяком случае, запутать следы три виргинских офшора смогли основательно.

На Белгородчине у Скоча все свои

В 2020 году депутат Андрей Скоч занял 19-е место в рейтинге «Forbes» «200 богатейших бизнесменов России»: сегодня его состояние оценивается в 6,3 млрд долларов. По информации издания, давний деловой партнер Скоча Алишер Усманов являлся совладельцем ряда офшорных структур, которые были названы в «панамском досье» в связи с семейством народного избранника. Речь, в частности, шла о «DST USA II Limited» – одном из фондов Усманова, Юрия Мильнера и их компаньонов, инвестировавших в интернет-компании, в том числе, в Facebook.

Обратим внимание также на следующее обстоятельство: трудовая и политическая биография Андрея Скоча тесно связна с Белгородской областью. В 1999 году он получил пост заместителя гендиректора расположенного здесь «Лебединского горно-обогатительного комбината» – одного из крупнейших российских предприятий, занимающихся добычей железной руды.

В том же году Скоч впервые избирается в Госдуму по белгородскому Новооскольскому одномандатному избирательному округу. В нижней палате парламента он вскоре возглавил Экспертный совет по металлургии и горнорудной промышленности. А руководил Белгородчиной в то время губернатор Евгений Савченко – тот самый, что на днях ушел в отставку и сегодня готовит себе теплое местечко в Совете Федерации.

Не ему ли обязан началом своей карьеры законодателя депутат-бизнесмен? Тем более, что сомнительных моментов в биографии народного избранника предостаточно. Так, в СМИ можно найти публикации, повествующие о его тесных связях с «солнцевской» ОПГ, упоминалось имя политика в связи с делом криминальных авторитетов Захария Калашова (Шакро Молодого) и Андрея Кочуйкова (прим. http://minpravda.com Итальянца).

На таком фоне сообщения о том, что на момент своего избрания в Госдуму Скоч якобы имел израильский паспорт, о котором предпочитал не информировать своих избирателей – это просто цветочки. Видимо, уверенности в себе ему придавала поддержка главы региона? В последующие годы его переизбрание в Госдуму не встречало возражений со стороны Савченко.

Итак, мы видим, что Белгородская область – регион Скочу далеко не чужой, здесь у него все давно и надежно схвачено. И фирма, соучредителем которой выступал Станислав Чемезов, получила в итоге надежное прикрытие. Стоит ли удивляться, что процесс в областном арбитраже, узаконивший вывод средств, прошел так «чинно-благородно»?

Станислав Чемезов «скрылся» в офшоре?

Что касается Чемезова-младшего, то на Белгородчине он отметился задолго до разбирательств в арбитраже. Так, в 2008 году ЗАО «Оборонцемент», основным владельцем которого являлась компания «Интербизнесгрупп», принадлежавшая сыну главы «Ростеха» (тогда госкорпорация еще называлась «Ростехнологии») объявила о начале строительства на в регионе первого из трех запланированных цементных заводов.

В торжественной закладке первого камня будущего предприятия в Красногвардейском районе принял сам губернатор Савченко. Несмотря на то, что открытие завода было запланировано на 2010 год, со сроками вышла серьезная пробуксовка и в результате оно состоялось только в августе 2017-го.

Видимо, в момент трудного «рождения» кирпичного проекта и произошло близкое знакомство Станислава Чемезова с Андреем Скочем, которое было подкреплено совместной офшорной «операцией», в результате чего, правда, пришлось пожертвовать одной из фирм генеральского сына. Интересно, насколько успеху задуманного способствовал сам всесильный руководитель «Ростеха»?

Кстати, Чемезов-младший также «засветился» в истории с офшорами. Как следует все из тех же «панамских документов», в 2010 году он являлся совладельцем зарегистрированной на Британских Виргинских островах компании «Earliglow Ltd». По информации «Новой газеты», его компаньонами были Павел Шарай (давний знакомый Сергея Чемезова и член высшего совета Фонда офицеров спецслужб), а также Ольга Алешина, данные которой совпадали с именем дочери бывшего замдиректора «Ростеха» Алексея Алешина, в 2014 году возглавившего «Ростехнадзор».

Через другую виргинскую компанию – «Bale Holdings» – офшор Чемезова, Шарая и Алешиной контролировал 50% кипрской «Paragoliz Overseas». Последняя стала акционером российского ОАО «Связьдоринвест», 25% которого в 2010 году выкупил «Ростех» через дочернюю структуру – холдинг «Росэлектроника».

Как мы можем убедиться, схема выглядит не менее запутанной, чем в уже известном нам «белгородском деле». Но именно «Связьдоринвест» начиная с 2010 года должен был заниматься реализацией проекта «Эврика», заключавшемся в прокладке волоконно-оптического моста вдоль сети автодорог от Финляндии до Казахстана. Общий объем инвестиций в «Эврику» оценивался в 550 млн долларов.

Об окончании реализации широко разрекламированного в свое время проекта так ничего и не известно. По данным «Новой газеты», в 2015 году были ликвидированы офшорные структуры, связанные с ним через «Paragoliz Overseas». Как и в «белгородской истории», «мавр сделал свое дело», только на этот раз приняв участие в освоении более полумиллиарда «зеленых»?

Так что офшоры семейства Чемезовых и проект «Эврика» позволяют по-новому взглянуть на решение белгородского арбитража. Один ли только Скоч имел отношение к замешанным в деле заокеанским структурам? Не скрывается ли среди бенефициаров той же выигравшей суд «Terra Frei Holdings Limited» кто-то из бывших коллег или членов семейства всесильного главы «Ростеха»?

 

ОСТ "Северная Верфь" — саундтрек "распила"?

 

Новый подрядчик по модернизации "Северной Верфи" в Петербурге может быть связан с ГК "Ростех" и использоваться в качестве подставной компании для "распила" бюджетных миллиардов, выделенных на стратегические отрасли страны.

"Северная Верфь", входящая в "Объединённую судостроительную корпорацию" (ОСК), подписала контракт с новым подрядчиком на модернизацию завода - ООО "Отечественные системы и технологии" (ОСТ). На эти цели ранее из бюджета было выделено 7,8 млрд рублей, но из-за проблем прошлого подрядчика "Метростроя" завершить контракт не удалось.

Нового подрядчика презентовал сам глава ОСК Алексей Рахманов. При этом ранее он заявлял, что "дальше отдавать столь сложный и важный проект разного рода необязательным людям и жуликам мы не хотим", его слова цитирует "Коммерсант".

Между тем, контора ОСТ, которой достался такой кусок пирога, не находится на слуху у отечественных наблюдателей, хотя является крупным подрядчиком ГК "Ростех" и ряда структур московского правительства. Проанализировав имеющуюся информацию, можно сделать вывод, что мы стоим на пороге очередного масштабного "распила" в стратегической отрасли - судостроении.

Почему именно "распила"? К такому заключению подводят ряд обстоятельств. Прежде всего то, что компания, хоть и занимается строительством нежилых зданий и сооружений, ранее к подобным масштабным проектам не привлекалась вовсе. Кроме того, её собственники и руководство предпочитают держаться в тени, а в ряде связанных с ними компаний и структур по ряду оценочных мнений есть признаки фиктивности.

Более того, как сообщали представители самой компании, она уже умудрилась выполнить работы аж на 1 млрд рублей. Якобы сейчас подрядчик завершает устройство стапельных плит будущего эллинга для строительства кораблей. А еще интересней то, что при участии в конкурсе более десяти компаний заявку в ходе дальнейших процедур подало только ОСТ. Об этом также пишет "Коммерсант". Обычно так происходит, когда условия конкурса затачиваются под конкретную контору.

Каким образом компания могла выполнить работы на 1 млрд рублей, если контракт с ней должен был быть подписан совсем недавно, в сентябре? Господин Рахманов на этот вопрос ответа пока не дал.

"Тёмная лошадка" Чемезова?

Формально компания принадлежит её директору Станиславу Некрашевичу (49%) и ООО "Ост-финанс" (51%). Последняя полностью контролируется Барият Осаевой - особо ничем не примечательной бизнес-вумен. Однако реальным бенефициаром структуры, скорее всего, является гендиректор "Ост-финанс" Яков Аврах. И тоже - ничем и никому неизвестный бизнесмен, про которого практически нет никакой информации в сети.

Кроме того, "Ост-финанс" выглядит крайне подозрительно. Уставной капитал компании, которая "держит" "ОСТ" с подрядами на сотни миллионов рублей - всего 10 тыс. рублей. За 2019 год структуре удалось заработать всего 40 тыс. рублей при более чем 55 млн рублей выручки. А стоимость активов структуры почему-то и вовсе минус 1,3 млн рублей. То есть, скорее всего, у неё долги, и балансовое имущество может находиться в залоге.

Сегодня в портфеле "ОСТ" сразу несколько крупных, знаковых проектов. Среди них - сотрудничество с АО "ММП имени В. В. Чернышева", АО "РСК "МиГ", ПАО "ОДК", АО "Раменский приборостроительный завод", корпорацией "Фазотрон-НИИР" и заводом "Экран", а также строительство теннисного клуба и реконструкция стадиона в Лужниках.

Разумеется, все подобные отношения с государственными структурами должны быть оформлены в рамках госконтрактов. Допустим, самый последний, на модернизацию Северной Верфи, еще не успели внести в информационные системы. Однако, по сведениям портала "Руспрофайл", в активе ОСТ всего три госконтракта на сумму 580 млн рублей. На 472 млн рублей с Дирекцией капитального ремонта г. Москвы и на 108 млн рублей с НИИ "Экран".

Как уже упоминалось, основной вид деятельности - строительство нежилых зданий и сооружений. В принципе, конторы такого плана только этим и занимаются. Но, похоже, не в случае ОСТ. Ведь как удалось выяснить, вначале 2019 года менеджмент компании добился включения в перечень видов деятельности фирмы множества таких "активностей", которые к строительным организациям относится не могут в принципе.

Среди них оказалась деятельность по управлению веб-порталами, по проектированию компьютерных систем, по созданию баз данных и даже по управлению информационными агентствами. Как известно, "Ростех" Серегея Чемезова активно пытается продвигаться на отечественном IT-рынке. В этом свете ОСТ становится прямо-таки IT-корпорацией, не меньше.

С чего бы строительной фирме заходить в несвойственную ей IT-тему? Разве что ОСТ и её бенефициар в лице Якова Авраха могут быть - "тёмной лошадкой", подставными лицами, которыми могут затыкать дыры, которые в противном случае достались бы "не прикормленным" компаниям.

При этом у головной структуры ОСТа, "Ост-финанс", есть ряд дочерних структур, которые позволяют предположить, что деньги с масштабных проектов могут выводиться через эти конторы, а управлять ими могу родственники Якова Авраха.

В первую очередь, внимание привлекает ООО "Ост-Инжиниринг", в которой работает единственный сотрудник при 10 тыс. рублей уставного капитала. Руководительницей компании является Барият Аврах Байсолтановна. Судя по всему, близкая родственница Якова Авраха и Осаевой Барият Байсолтановой. Убыток за 2019 год - 69 тыс. рублей при такой же смешной выручке в 75 тыс. рублей. Стоимость активов - минусовая.

Другая контора - ООО "Ост-проект", учредителем которой ранее был Станислав Некрашевич. У той единственный сотрудник, но уставной капитал уже 2,2 млн рублей - более, чем в два раза больше, чем у ОСТ, получившей контракт на "Северной Верфи". А также убыток в 1,4 млн рублей по итогам 2019 года при нулевой выручке.

Разумеется, все это вызвало бы вопросы и к самой ОСТ. Но этих вопросов, похоже, не последовало. Не боится ли господин Рахманов, что компания может попросту не сдюжить, или, того хуже, кинуть ОСК на миллиарды рублей? Должен бы бояться. Но, по слухам, кто-то крайне влиятельный уверил его, что проблем не возникнет.

Между тем, ОСТ известна, как контора, которая постоянно судится. Причем, как за серьёзные суммы, так и за копейки неустоек. В картотеке Арбитражных дел только по итогам 2019-2020 годов более 10 разбирательств, где ОСТ выступает ответчиком.

У ОСТ более 10 разбирательств где компания выступает ответчиком

Среди них единственным делом, которое на слуху, - иск ОСТ к АО "Казанский Гипронииавиапром". Заявление поступило в базу КАД 6 марта 2020 года, а сумма иска- порядка 700 млн рублей. Характер иска не раскрадывается, однако еще до этого Казанское АО само обратилось с исками к ОСТ на сумму в более чем 26,5 млн рублей. Часть из них, 525 тыс. рублей на "неосновательного обогащения и неустойки", суд вернул истцу. Посмотреть дело можно здесь.

О каком именно неосновательном обогащении может идти речь, пока остаётся только догадываться. Но дело ясное, что дело тёмное - в прозрачных компаниях такого не бывает.

Среди других ответчиков по искам ОСТ - "Российская самолётостроительная корпорация "МИГ", входящая в ПАО "Объединённая авиастроительная корпорация". Последнюю, как известно, курирует "Ростех" Сергея Чемезова. От "МИГа" компания ОСТ требует ни много, ни мало 34 млн рублей. И опять же - характер и причины иска не раскрываются. Судебное заседание по делу пройдет 29 октября 2020 года.

Получается, что компания, которая имеет дела с такими заказчиками, потом выкатывает им иски на десятки миллионов рублей. А затем нежданно, негаданно получает другие госконтракты, и те тоже могут быть связаны с "Ростехом" Сергея Чемезова.

"Распил" и выход в "кэш"?

Как уже упоминалось выше и становится понятно из представленных выше сведений, компания и её руководство предпочитают держаться в тени. Зато деятельность ОСТ, как выяснилось, активно комментируют люди, которым удалось там поработать. И говорят они о ней крайне нелицеприятные вещи.

Как сообщает автор отзыва о работе в ОСТе на сайте "Правда сотрудников", якобы "компания полностью "чёрная". Зарплату выплачивают 100% в конверте, в трудовом договоре ставят минимальную сумму, но даже ее выплачивают налом. Задержка по выплате не менее 2-х месяцев. Первую зп вы получите после 3-х месяцев работы. При увольнении задолженность не выплачивают, в начале кормят завтраками, потом вообще перестают брать трубки".

Кроме того, как продолжает назвавший себя экс-сотрудником компании человек, якобы на расчетном счете компании постоянное зеро, а все поступления сразу же переводятся в "кэш" и "пилятся" руководством. Также упоминается о том, что руководство якобы вообще "не в зуб ногой" ни в производственных, ни в финансовых делах.

Если предположить, что вышесказанное правда, возникают сомнения, что компания вообще управляется текущим менеджментом. Находится под чьим-то внешним управлением? Уж не господ ли Чемезова с Рахмановым?

Еще один человек, называющий себя бывшим сотрудником, также не стесняется выражать свою позицию. И более того - говорит уже конкретно про "Северную Верфь". И то, что он говорит, заставляет задуматься о многом...

Как следует из его сообщения на сайте "Правда сотрудников", якобы вообще непонятно кто запустил компанию ОСТ на строительство эллинга на территории завода "Северная Верфь" в Санкт-Петербурге: "Похоже компания мощно пролоббирована, имеет серьезных покровителей в Москве. В феврале с этого года с объекта выгнали действительно серьезную организацию "Метрострой", на площадке одновременно работало до 12 единиц техники, рабочие не просто люди с улицы, а высококвалифицированные специалисты".

Вот еще цитата из отзыва: "Сейчас политика компании ОСТ - сотрудничество с "аутстаффинговыми" компаниями, квалификация рабочих в которых не проверяется, людей берут с улицы, без каких либо документов об образовании. Так как оплата всего 2 тыс. рублей за смену, не все согласны на рабский труд за копейки, очень большая текучка. Сейчас основная цель компании ОСТ "освоить максимальную сумму". На объект нагоняют людей для массовки, изображают деятельность, тем самым пускают пыль в глаза заказчику".

Вот оно как. Получается, могут пускать пыль в глаза заказчику. А заказчик - ни сном, ни духом? Поверить в это практически невозможно. Потому что ОСК в лице Рахманова обязано проверять всех подрядчиков, которые заявляются на объект. Да еще такой серьёзный.

Возникает другой вопрос - а может это не подрядчик ОСТ пускает пыль в глаза заказчику, а заказчик пускает пыль в глаза всем нам, налогоплательщикам, на деньги которых живет и ОСК господина Рахманова, и весь "Ростех" под управлением Сергея Чемезова. Если так - зачем они вообще нужны российскому государству?

 

Как черноморское побережье связало российскую элиту с болгарскими авторитетами

 

Руководители российских госкомпаний обосновались на курорте в Болгарии, которым владеет «крупнейшая криминальная группировка» страны

Руководители российских госкомпаний, в том числе знакомые президента Владимира Путина, обосновались недалеко от портового города Варны на самом старом черноморском курорте Болгарии. Этот курорт контролирует местная группа «ТИМ», которую в американских дипломатических депешах называли крупнейшей «криминальной организацией», созданной бывшими военными и сотрудниками спецслужб со связями на высоком государственном уровне.

«Важные истории» и болгарский центр журналистских расследований Bird выяснили, что на курорте, которым владеет «ТИМ», есть небольшое, но представительное русское сообщество. Россиян сюда привлек бывший сотрудник болгарского КГБ, который занялся гостиничным бизнесом и недвижимостью. Теперь в сердце старейшего курорта расположены апартаменты родственников гендиректора госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова, его знакомых и подчиненных, а также некоторых топ-менеджеров «Роснефти», «Газпрома» и банка ВТБ.

В то время как родные и близкие руководителей российских госкомпаний наслаждались болгарским курортом, представители «ТИМ» занялись бизнесом в России и освоили некоторые государственные активы.

«Все говорят по-русски»

От Варны до курорта святых Константина и Елены, названного в честь римского императора и его матери, всего восемь километров. Местные целебные источники привлекали еще аристократию Восточной Римской Империи, а позже — болгарских королей, которые устроили здесь свою летнюю резиденцию. Там же в древности основали монастырь. В начале прошлого века одно из строений около монастыря стало гостиницей, где практиковали «виноградолечение». В 2004 году она преобразилась в четырехзвездочный отель «Эстрея Палас». А место рядом с отелем вскоре облюбовала аристократия нового времени, сохранившая ностальгию по пляжам Черного моря.

К «Эстрее Палас» прилегает семиэтажный комплекс в традиционном болгарском архитектурном стиле, где есть комнаты для массажа, сауна, турецкая баня, фитнес-центр и подземный гараж. По данным реестра недвижимости Болгарии, 25 из 28 апартаментов площадью от 100 квадратных метров в этом комплексе купили россияне, среди которых топ-менеджеры крупнейших госкомпаний, их родные и близкие.

Разрешение на строительство комплекса было получено в 2007 году, а через три года его ввели в эксплуатацию. Всего в апартаменты на разных стадиях строительства и после его завершения вложились более 15 семей из России. Наиболее заметные из них, — знакомые, коллеги или родственники гендиректора госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова, давнего друга Путина, с которым они вместе работали в Восточной Германии в период службы в КГБ.

Больше всего повезло сыну Чемезова — Александру, он стал собственником обширных апартаментов размером свыше 200 квадратных метров с бассейном и террасой под крышей, которые заняли еще 300 с лишним квадратов. За всё, включая место в гараже, он заплатил порядка 6 миллионов рублей (судя по среднему курсу болгарского лева к рублю за 2008 год). Бывшая супруга главы Ростеха Любовь Чемезова тогда же приобрела апартаменты скромнее — 110 квадратных метров, без бассейна, но уже примерно за 9 миллионов рублей.

По соседству с Чемезовыми купили отдельные апартаменты дочери бывшего руководителя российской таможни Андрея Бельянинова — Ольга и Светлана, а также его супруга Людмила. Бельянинов — давний знакомый и коллега Путина и Чемезова по службе в КГБ и по работе в Германии. С Чемезовым он также трудился в Рособоронэкспорте. Бельяниновым апартаменты обошлись уже в более крупную сумму — около 42 миллионов рублей.

Андрей Бельянинов отчасти раскрыл причину, почему государственники предпочли Болгарию, хотя у некоторых из них со временем появились отдельные семейные виллы на более роскошных и дорогих курортах (например, испанская вилла падчерицы Чемезова Анастасии Игнатовой стоит около 15 миллионов евро): «Отдыхать люблю в Болгарии, в районе Варны. Там хорошие курорты, как сейчас некоторые говорят, „советские“. Очень комфортные условия, все говорят по-русски», — рассказывал Бельянинов журналистам в 2014 году.

Жена еще одного приятеля российского президента — предпринимателя Константина Голощапова — Ирая Гильмутдинова владела апартаментами в том же комплексе через голландскую компанию Denkraam Holding, она выложила за них приблизительно 38 миллионов рублей. Голощапов, которого называют «массажистом Путина», соседствовал с Чемезовым в подмосковной деревне Акулинино и в здании гостиницы «Москва» с видом на Красную площадь, где у них есть обширные квартиры.

Апартаменты в Болгарии куплены «с целью снижения затрат во время летнего отдыха членов семьи и родственников», — ответили на вопрос «Важных историй» в Ростехнадзоре. Супруга главы ведомства Алексея Алёшина, который раньше работал первым заместителем Чемезова в «Ростехе», вложилась в эти апартаменты на стадии строительства. Но сам Алешин, по словам представителя, не посещал черноморское побережье с 2013 года и о владельцах курорта не знает.

Это далеко не весь список знакомых или подчиненных главы «Ростеха», которые оказались соседями по болгарским апартаментам. Посторонних людей среди них практически не было. Так снова стало актуальным название «Дружба», которое курорт Святых Константина и Елены носил с советских времен и до 1993 года.

Утомленные Западом

Статусные россияне появились на курорте благодаря владельцу «Эстреи Палас» — бывшему сотруднику болгарского КГБ с позывным «Пламен» Атанасу Карагеоргиеву. Судя по соцсетям, он дружит с хозяевами апартаментов.

Так, Карагеоргиев рассказал корреспонденту Bird, что Чемезовы перестали приезжать только после попадания главы «Ростеха» под санкции Евросоюза. Но продолжают платить за поддержание их резиденций в хорошем состоянии.

По образу мыслей бывший контрразведчик Карагеоргиев больше напоминает российского чиновника, чем европейского бизнесмена. Он откровенно расстроился, когда Болгария вступила в Евросоюз. «Мы устали от западной культуры. У Запада нет ценностей, точнее, это ценности для „гомосексуалистов“», — сокрушался он в 2018 году. «В девяностые годы очень мало людей смотрели российское телевидение, <...> а теперь <...> во многих болгарских семьях телевизоры настроены на российские каналы. <...> Мы чувствуем, что наши два народа имеют одинаковые ценности, и они не совпадают с западными», — признавался Карагеоргиев журналистам.

Апартаменты непростых россиян оказались пристроенными к гостинице Карагеоргиева благодаря дружбе, которая зародилась еще в девяностые годы. В то время он работал директором российско-болгарского предприятия «Бултрак», которое поставляло в Болгарию тракторы Челябинского тракторного завода (ЧТЗ). По его словам, он познакомился с Чемезовым, поскольку «Рособоронэкспорт», где тот работал, выдавал разрешение на экспорт тракторов двойного назначения.

Карагеоргиев не считает инвестициями скромную покупку апартаментов семьей Чемезова: «Для него это не инвестиция. Они инвестируют в гораздо больших размерах», — говорит он.

Московское представительство «Бултрака», как и сам ЧТЗ, возглавлял Василий Кичеджи, у которого есть болгарские корни (его родители — болгары). С 2009 года Кичеджи руководил департаментом транспорта и связи Москвы, с 2011 — был вице-губернатором Петербурга.

Родственники Чемезова, а также брат, жена и племянница Кичеджи стали чуть ли не первыми вкладчиками, которых привлек Карагеоргиев к строительству апартаментов рядом со своим черноморским отелем. А за этими семьями с их широким кругом общения могли последовать другие.

Вот только курорт Константина и Елены примечателен не только своей древней историей. Почти всё, что там происходит, с девяностых годов контролирует группировка «ТИМ», которая также оформлена как финансово-промышленная группа. Она же владеет курортом и его управляющей компанией, развивает там пляжи и инфраструктуру. И всё это лишь незначительная часть ее бизнеса.

Не святые

В девяностые годы курорт святых Константина и Елены был еще государственной собственностью, когда им заинтересовались совсем не святые люди. По соседству в Варне зародилась группировка «ТИМ», которую американские дипломаты в депешах, опубликованных WikiLeaks, прямо называли «организованной преступной группировкой, вовлеченной во множество видов криминальной деятельности: в похищение людей и вымогательство, сутенерство, игорный бизнес, наркотрафик и угон автомобилей». Представители «ТИМ» это опровергали.

В 1993 году три лидера этой группировки — бывшие болгарские морпехи из элитного спецподразделения Тихомир Иванов, Иво Каменов и Марин Митев — зарегистрировали в Варне компанию «ТИМ», названную так по первым буквам их имен. Одним из легальных направлений работы группы были охранные услуги, которые, по воспоминаниям местных правоохранителей, скорее напоминали рэкет.

НЕМЕЦКИЙ ЖУРНАЛИСТ, АВТОР КНИГИ «ГАНГСТЕРСКАЯ ЭКОНОМИКА» Юрген Рот: «С 1996 года после ряда перестрелок и убийств группировка „ТИМ“ полностью контролировала проституцию на северном побережье Черного моря». (Цитата из книги приведена Deutsche Welle)

Бывший руководитель отдела по борьбе с оргпреступностью города Варны Стамо Стамов рассказывал (в книге «ТИМ — команда, покорившая Болгарию» журналистки Невяны Троянски), что государственной компании пришлось подписать с группой «ТИМ» «невыгодный» контракт на охрану отеля «Святой Константин», который сейчас называется «Эстрея Палас».

«Им выплачивалась ежемесячная зарплата больше, чем у 30 полицейских. Но фактически четыре человека из группы просто разъезжали по курорту [Св. Константина и Елены, который тогда был еще государственным]», — вспоминал бывший борец с мафией.

Курорт Святых Константина и Елены не достался «ТИМ» просто так. За него пришлось побороться с группировкой, известной под названием Multigroup. Ее лидер, крестный отец болгарской мафии и богатейший бизнесмен страны Илья Павлов, в девяностых годах скупал отели в Варне и инвестировал сотни миллионов в развитие региона. Когда государство решило приватизировать курорт Святых Константина и Елены, Multigroup столкнулась с «ТИМ».

В 2003 году Павлова застрелили. И акционерное общество, владеющее курортом, досталось компаниям, подконтрольным «ТИМ». Однако структура собственности прояснилась только в 2009 году, когда группа стала владеть курортом открыто через свой «Холдинг Варна». Так «ТИМ» прошел путь от контракта на охрану государственного санатория до контроля над курортом.

Нынешний владелец «Эстреи Палас» Карагеоргиев уверял корреспондента Bird, что независим от «ТИМ», хотя его отель и комплекс апартаментов находятся на территории их курорта, и он ежегодно платит группе, по его словам, «больше, чем налог на прибыль» за инфраструктуру.

Промышленные масштабы

Группировка «ТИМ» быстро развивала свой бизнес, распространяя влияние на всю Болгарию. К 2000 году группа приватизировала государственную компанию «Химимпорт». И наполнила ее портфель крупными активами: банками, страховыми компаниями, морскими и авиаперевозчиками. Марин Митев в 2012 году заявлял, что холдинг «Химимпорт» производит пять процентов ВВП страны. А все три лидера «ТИМ» входят в пятерку самых влиятельных людей Болгарии.

По мнению бывшего директора Национальной службы по борьбе с организованной преступностью болгарского МВД Ваньо Танова, «ТИМ» скупала предприятия, чтобы легализовать накопленные деньги. А связи группировки с правительственными кругами Болгарии стали настолько прочными, что было запрещено даже просто упоминать «ТИМ» на встречах с премьер-министром, когда его информировали о преступных организациях в стране.

В разговоре с немецким журналистом Юргеном Ротом один из лидеров группы и исполнительный директор «Химимпорта» Иво Каменов категорически отрицал причастность к организованной преступности. На вопрос о подкупе госслужащих он ответил, что коррупция нетипична для Болгарии. «В конце концов, мы не Россия», — обронил Каменов.

«Правительственная протекция», по мнению коллектива, позволила болгарскому «Химимпорту» взять авиакомпанию под полный контроль, не позволяя ее руководству возражать против неверных решений. «Всё, что делают сегодня болгарские консультанты, — это отслеживают своевременность лизинговых платежей за предоставленные ими самолёты».

О России Каменов знает не понаслышке. После того как на курорте Святых Константина и Елены началось строительство апартаментов для российской элиты, включая нескольких знакомых Путина, «Химимпорт» неожиданно появился в Республике Татарстан. Там холдинг на удивление быстро получил контроль над крупными государственными активами, в частности — над республиканской авиакомпанией. Сотрудничество было неудачным и привело к трагическим последствиям.

Организованная авиационная группировка

В 2008 году республика Татарстан готовилась к Универсиаде, и правительство срочно искало инвесторов. Иво Каменов лично договорился с тогдашним президентом Татарстана Минтимером Шаймиевым об инвестициях «Химимпорта» 50 миллионов долларов в реконструкцию казанского аэропорта и еще 20 миллионов долларов в обновление парка самолетов авиакомпании «Татарстан». В обмен на инвестиции болгарский холдинг получил половину государственной авиакомпании и аэропорта. Но и спустя несколько лет самолеты не обновились. В конце 2012 года Татарстан прекратил сотрудничество с «Химимпортом» в сфере авиаперевозок. Новым совладельцем авиакомпании планировали сделать местный холдинг «Ак барс».

В ноябре 2013 года пассажирский Boeing 737-500 авиакомпании «Татарстан», выполнявший рейс из Москвы, рухнул при посадке в аэропорту Казани. Все 50 человек, находившиеся на борту, погибли. Среди них — сын президента Татарстана Ирек Минниханов и глава республиканского ФСБ Александр Антонов. Через шесть лет Следственный комитет назвал причиной авиакатастрофы ошибочные действия экипажа, командир которого, по мнению следствия, имел поддельное удостоверение пилота.

На момент катастрофы рухнувшему «Боингу» исполнилось 23 года. За год до трагедии этот же лайнер совершил аварийную посадку, по одной из версий, из-за разгерметизации салона. Как отмечали эксперты, летная годность самолета сохраняется несмотря на его возраст при условии должного обслуживания. Однако руководивший авиакомпанией «Татарстан» Аксан Гиниятуллин после катастрофы не ответил на вопрос журналистов, когда последний раз менялись агрегаты и узлы лайнера. С приходом «Химимпорта» самолеты обслуживались в Болгарии.

«Болгарские инвесторы всю выручку забирали в Софию, а зарплату нам платили с кредитов, полученных под наше же заложенное имущество. <...> Разбившийся самолет тоже остался в качестве болгарского наследия».

Антон Бортяков, глава профкома инженерно-авиационных служб авиакомпании «Татарстан» Антон Бортяков (Источник: РБК)

Как писало местное деловое издание «Бизнес Online», после того как «Химимпорт» получил акции АК «Татарстан», он отказался от запланированной покупки новых «Эйрбасов». А купил у своей же авиакомпании Bulgaria Air четыре старых «Боинга», самому свежему из которых было больше 15 лет. Эти самолеты сразу же передали в субаренду авиакомпании «Татарстан». По информации издания, «каждый из старых бортов обходился „Татарстану“ в $265 тыс. вместо $100 тыс. в месяц, в том числе из-за того, что самолеты, по условиям договора, должны были обслуживаться в Болгарии». В итоге один из этих «Боингов» потерпел крушение. А через год авиакомпанию признали банкротом.

Далекие и близкие

Некоторые бизнесы группы «ТИМ» непосредственно пересекались с российскими компаниями, чьи руководители вместе с родственниками за небольшие деньги получили апартаменты на подконтрольном группировке черноморском курорте Святых Константина и Елены.

В Болгарии предприятия «ТИМ» занимают лидирующие позиции в авиаотрасли. Они являются совладельцами аэропортов Варны и Бургаса. Им же принадлежит крупнейшая авиакомпания страны Bulgaria Air и работавший под ее брендом авиаперевозчик — Hemus Air. Последний всё еще указан в качестве одного из зарубежных партнеров российской компании «ОДК-Пермские моторы», которая входит в Объединенную двигателестроительную корпорацию «Ростеха». Bulgaria Air в 2019 году подписала контракт на поставку авиатоплива с «Роснефтью», родственники топ-менеджеров которой приобрели апартаменты на курорте «ТИМ».

Неудачный опыт работы «Химимпорта» в Татарстане не заставил компанию покинуть российский рынок. У нее остались доли в двух активах, тоже примечательных с точки зрения связей с представителями российской элиты. «Химимпорт» владеет небольшим «ИК Банком» (бывший «Татинвестбанк») и страховой компанией «Армеец» (бывшая СК «Итиль»), которая входит в топ-5 страховых компаний Татарстана. В советах директоров банка и страховщика присутствовал сын полпреда президента на Дальнем Востоке, вице-премьера российского правительства Юрия Трутнева — Дмитрий (Иво Каменов и Трутнев-старший могли сойтись благодаря общему увлечению карате кёкусинкай).

НАТО дружбе не помеха

В 2004 году Болгария вошла в НАТО, а через три года — в Евросоюз. Оба эти союза россияне считают враждебными, что объясняется, по мнению социолога Левада-центра Дениса Волкова, окружающим жителей России информационным фоном. Владимир Путин неоднократно заявлял об угрозах со стороны НАТО и о том, что блок ведет себя «некорректно» и «грубо».

Как основная внешняя опасность НАТО официально указан в военной доктрине России. А российские госкомпании, чьи бывшие и нынешние топ-менеджеры получили семейные апартаменты на болгарском курорте — «Ростех», «Роснефть», ВТБ и структуры «Газпрома», находятся под санкциями Евросоюза.

Но это не означает, что российским государственникам неуютно в Болгарии. В 2019 году болгарский президент Румен Радев, сославшись на «многовековые исторические связи», заявил, что несмотря на санкции, он намерен продолжить военно-техническое сотрудничество с Россией.

И хотя в том же году правительство Болгарии объявило о готовности разместить в Варне центр военно-морских сил НАТО, его близким соседом всё еще будет курорт с апартаментами ключевых российских оборонщиков из числа друзей Путина, которые удобно расположились на территории, подконтрольной группировке «ТИМ».

 

Битва за угольную империю: как вдова миллиардера Босова борется за активы мужа и кто ей противостоит

 

Вдова Босова Катерина унаследовала от мужа один из крупнейших российских угольных холдингов. Вместе с ним ей достался целый ворох конфликтов с бывшими партнерами миллиардера, которые претендуют на часть его бизнеса

Черный «Гелендваген», запаркованный на съезде с Рублевки у ресторана-шале Аркадия Новикова, резко срывается с места. Колеса разметают гравий во все стороны, через мгновенье автомобиль с ревом исчезает за поворотом. Поспевать за его маневрами нелегко даже джипу охраны, чего уж говорить о корреспонденте Forbes. Благо погоня длится недолго и вскоре завершается у входа в лесопарковую зону.

Туда и устремляется 31-летняя Катерина Босов, лихо запарковав свой «Гелендваген». В это солнечное летнее утро она решила встретиться с журналистом на свежем воздухе, устав от изнурительных переговоров в офисе. В самый разгар пандемии ей пришлось встать за штурвал «Сибантрацита». Один из крупнейших российских угольных холдингов с выручкой в $2 млрд оказался обезглавлен в начале мая после внезапной смерти своего основателя — миллиардера Дмитрия Босова F 86, чье состояние в последнем рейтинге богатейших россиян Forbes оценил в $1,1 млрд. Не успев толком оправиться от потери, Катерина сразу же оказалась в эпицентре конфликта вокруг активов мужа. Кто претендует на проекты Дмитрия Босова и как его вдова борется за наследие миллиардера?

Роман с углем

В угольном бизнесе, который занимает центральное место в созданной Босовым империи, Катерина Босов (именно в такой форме записаны ее имя и фамилия в документах, до замужества — Екатерина Ястребова) оказалась в 2017 году с подачи мужа. До знакомства с миллиардером ее ничего не связывало с отраслью, которая традиционно считается прерогативой суровых и немногословных мужчин.

Босов окончила Московскую государственную юридическую академию имени Кутафина. Еще на первом курсе она стала работать юрисконсультом, а на четвертом занялась структурированием сделок. Одной из них стал выход компании Sigrun, которую связывали с семьей экс-губернатора Тульской области Владимира Груздева, из девелопера RGI в 2013 году. После сделки, которая принесла Sigrun почти $70 млн, Босов заняла пост заместителя гендиректора по связям с инвесторами в ОАО «Модный Континент», еще одной компании, связанной с семьей экс-губернатора. Босов должна была подготовить IPO ретейлера, который занимался производством и продажей одежды под брендом Incity.

Размещение было запланировано на июнь 2014 года. Перспективы были радужными: road-show к IPO другого ритейлера — «Ленты» — вызвало огромный интерес инвесторов, банки-организаторы оценивали «Модный континент» в $1,2-1,5 млрд и готовили «двойной» листинг — в Лондоне и Москве. Правда, многообещающие планы скорректировали страновые риски. События на Украине обрушили российский фондовый рынок, и размещение акций отложили до лучших времен.

Около года Катерина оставалась в совете директоров «Модного континента». В 2016 году она вышла замуж за Босова (для него этот брак стал третьим), с которым случайно познакомилась в гостях у общих друзей. Спустя некоторое время миллиардер предложил жене заняться логистикой его «Сибантрацита», одного из крупнейших в мире производителей антрацита — высококачественного металлургического угля. «В принципе, не rocket science», — рассудила Босов и согласилась.

Сначала Босов занялась железнодорожными перевозками: «Это была самая проблемная часть бизнеса. Они на стыке всего: предприятия, клиенты, порты». Затем миллиардер поставил жене новую задачу: отказаться от услуг сторонних транспортных компаний и консолидировать все логистические операции внутри группы на ООО «Сибантрацит Логистик», которую Босов возглавила в апреле 2017 года.

Босов пришлось вникать в трейдинговые операции и вопросы себестоимости угля. И уже через год она стала руководить всеми коммерческими процессами в статусе коммерческого директора «Сибантрацита». Угольному бизнесу учил муж, вспоминает Катерина. Босов, с отличием окончивший факультет лазерной техники Бауманки, «с легкостью разбирал каждый процесс на молекулы и простыми словами мог объяснить, что надо». Миллиардер некогда занимался разработкой лазерного оружия и считал свой нынешний бизнес «очень простым», рассказывает Катерина.

Помимо «Сибантрацита» у Босова было несколько новых месторождений угля. Их разрабатывала отдельная управляющая компания «Востокуголь» под руководством партнера Босова – Александра Исаева. В какой-то момент «Востокуголь» стал конкурировать с «Сибантрацитом», вспоминает один из менеджеров холдинга: «Двумя равнозначными активами управляли две команды менеджеров и лезли в одну дырку — антрацит очень нишевый товар». Другой менеджер «Сибантрацита» и вовсе называет сложившуюся ситуацию «бардаком». В итоге решили консолидировать всю добычу на «Сибантраците». Исаев же покинул холдинг Босова. Правда, природа конфликта двух партнеров оказалась глубже, нежели внутригрупповая конкуренция.

Цепкий партнер

Шестого апреля 2020 года случайный посетитель сайта «Сибантрацита», вероятно, удивился бы, кликнув на вкладку с членами Совета директоров компании. Поверх фотографии одного из них — Александра Исаева — красовался красный штамп «Уволен». В новостной ленте сайта можно было найти лаконичное объяснение: «вопиющие злоупотребления и хищения на вверенных ему участках работ». Автором креатива был Босов, не сомневается его друг: «Дима очень вспыльчивый и эмоциональный человек».

Девятью годами ранее Босов лично вовлек Исаева в свой бизнес, рассказывает другой друг миллиардера. Босов хотел расширять угольный бизнес и находился в поиске новых проектов, рассказывает собеседник Forbes. На одном из них — Аршановском разрезе в Хакассии — он якобы и пересекся с Исаевым. Тот был консультантом проекта, который развивал бывший секретарь ЦК профсоюза работников угольной промышленности Владимир Лунев, рассказывает тогдашний гендиректор разреза и угольщик с 40-летним стажем Юрий Бугаев. Лунев — потомственный донецкий шахтер и основатель «Землячества донбассовцев Москвы» наряду с Иосифом Кобзоном.

Исаев тоже выходец из Украины. Он родился в Луганской области и окончил Донбасский горно-металлургический институт. В 2000-х Исаев прослыл на Украине влиятельным угольщиком и был вхож в кабинеты Верховной Рады, но после прихода в 2010 году к власти Виктора Януковича покинул страну, писал украинский «Канал 24». Босову же не хватало инициативных менеджеров на местах, рассказывает друг миллиардера: на этом и сошлись. Вместе с сыном Лунева Андреем бизнесмены учредили управляющую компанию «Востокуголь». Но Аршановский проект забуксовал, Босов перебросил Исаева на другой участок — Кийзасский разрез в Кузбассе, и создал вторую УК «Востокуголь», уже на двоих с Исаевым.

Исаев «очень цепкий» и «своего не упустит», характеризует его знакомый. Всего за два года Исаев с нуля запустил Кийзасский разрез. В 2015 году «Сибантрацит» передал в управление «Востокуголя» разрез «Восточный» в Новосибирской области. На следующий год Исаев запустил и «Восточный», который простаивал с 2008 года. К концу 2016-го добыча угля компаний под управлением «Востокугля» превысила результат «Сибантрацита». «Исаев безусловно талантлив в запуске greenfield», — признавал бывший глава «Сибантрацита» и давний соратник Босова Максим Барский.

Именно Исаев заразил Босова проектом по добыче угля на полуострове Таймыр, рассказывает Катерина Босов. Исаев любил изучать старые советские наработки и однажды наткнулся на сведения об угольных запасах Арктики в миллиарды тонн. Босов с Исаевым проинспектировали залежи в Google-maps и решили рискнуть. Под проект, который оценивался в $250 млн, партнеры создали «Арктическую горную компанию» (АГК), за Босовым были инвестиции, а реализация — на Исаеве, рассказывает Катерина. «Советские ученные не ошиблись», — отмечает она: запасы подтвердились. Компетенции Исаева оценили и на государственном уровне — он стал участвовать в работе госкомиссии по развитию Арктики под председательством вице-премьера Юрия Трутнева, возглавил рабочую группу «Развитие Арктики и Северного морского пути» экспертного совета при правительстве и выступал на форуме по Арктике вместе с известным полярником и депутатом Госдумы Артуром Чилингаровым.

Следующей амбициозной идеей партнеров стала экспансия в Индонезию. Там Босов с Исаевым решили добывать не только уголь, но и ферроникель, оценив общие инвестиции в $1 млрд. Чтобы быть ближе к Индонезии, Исаев перебрался в Сингапур, а российские проекты делегировал Вадиму Бугаеву, сыну бывшего директора Аршановского разреза. Вскоре амбициозные проекты забуксовали. Индонезия запретила экспорт ферроникеля, а местный угольный проект увяз в проблемах с логистикой. В феврале 2019 года Alltech Босова и партнеров сообщила о выходе из индонезийского проекта. Арктический проект и вовсе оказался под прицелом ФСБ, которая возбудила уголовное дело о незаконной добыче антрацита на Таймыре. Аналогичные претензии к АГК возникли и у Росприроднадзора, который предъявил нарушителям ущерб на 2 млрд рублей. Исаев с Босовым и так «постоянно искрили между собой», а проблемы с бизнесом еще больше усилили их разногласия, рассказывает знакомый обоих. Последней каплей стало тесное сотрудничество Исаева с мультимиллионерами из списка Forbes Сергеем Адоньевым F 114 и Альбертом Авдоляном F 113, считает другой знакомый Босова.

Под присмотром «Ростеха»

«Исаева разглядел Авдолян», — говорит знакомый бизнесмена из списка Forbes и называет бывшего партнера Босова «хорошим приобретением». Альберт Авдолян стал известен широкой публике в 2017 году благодаря роскошной свадьбе его сына. Торжество проходило на Голливудском бульваре в Dolby Theatre, где вручают премию «Оскар», гостей развлекала мировая суперзвезда Lady Gaga и целый ворох российских знаменитостей, а общая стоимость мероприятия оценивалась в $20-25 млн. В остальном Авдолян всегда избегал публичности.

Авдолян является человеком из окружения главы госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова, говорил источник «Ведомостей». Чемезов родился и вырос в Иркутске, а Авдолян долгое время жил там. В 2013 году Авдолян основал благотворительный фонд «Новый дом», который построил в Иркутске образовательный центр «Точка будущего». Чемезов возглавляет попечительский совет фонда, в который также входит его жена Екатерина Игнатова. Впрочем, Авдоляна и Чемезова связывает не только благотворительность.

В 2008 году «Ростех» приобрел блокпакет WiMax-оператора Yota, который Авдолян основал вместе с Сергеем Адоньевым. После продажи Yota «Мегафону» Адоньев с Авдоляном попали в список Forbes, а их сотрудничество с «Ростехом» приобрело сырьевую направленность. Фонд бизнесменов Telconet создавал СП с «Ростехом» для разработки редкоземельных металлов в Якутии, строительства НПЗ в Уганде и добычи угля на Огоджинском месторождении в Амурской области. Наиболее жизнеспособным оказался последний проект. Он оценивался в $8-10 млрд и предполагал китайские инвестиции, но партнерство никак не складывалось. Тогда на авансцене появился Дмитрий Босов.

«В какой-то момент оказалось, что мы единственная крупная угольная компания без своего порта», — вспоминает Катерина Босов. Это было критично, так как конкуренты дискриминировали «Сибантрацит» в своих портах. А Огоджинский проект как раз включал в себя строительство угольного терминала «Порт Вера». Босов инициировал переговоры и в 2018 году его структуры получили по 50% в обоих проектах — угольном и портовом. Партнеры поверили в «тандем Исаев-Босов», так как в России не так много угольщиков, которые что-то создали с нуля, рассказывает источник, близкий к акционерам порта. После сделки у «Ростеха» осталось по 12,5% в каждом из проектов, у Екатерины Лапшиной, которая пришла на смену Telconet Адоньева и Авдоляна и ранее управляла их активами, было 37,5% в Огодже и 18,75% в порту. Оставшиеся 18,75% порта принадлежат Дмитрию Новикову, президенту «Росинжиниринга», который строил терминал.

Между тем, Босов, стремясь обыграть конкурентов, проглядел, как прямо на его глазах вырастал еще один угольный гигант. Авдолян и Адоньев не стали ограничиваться Огоджой и решили создать на Дальнем Востоке промышленный кластер, в который также должны были войти Якутская топливно-энергетическая компания (ЯТЭК) и Эльгинское угольное месторождение «Мечела». И ЯТЭК, и «Мечел» были обременены внушительным долгом, а их хозяева пребывали не в лучшей форме: владелец ЯТЭК Зиявудин Магомедов — под арестом с 2018 года, а владелец «Мечела» Игорь Зюзин — под прессом банков-кредиторов. В итоге оба актива достались «А-Проперти» Авдоляна.

Нюанс заключался в том, что присмотреться к Эльге, крупнейшему в России месторождению угля, Авдоляну и Адоньеву якобы рекомендовал Исаев, рассказывает другой бизнес-партнер Босова. Это подтверждает и источник, близкий к основателям Yota. Босов был в бешенстве, так как расценил действия Исаева как предательство, рассказывает друг миллиардера. Катерина Босов добавляет, что еще одной причиной конфликта стали убытки совместных проектов в Индонезии и Арктике. В неудачах она винит Исаева и оценивает ущерб в $300 млн. На АГК повис и штраф Росприроднадзора, который хоть и был снижен до 600 млн рублей, но, по словам главы ведомства Светланы Радионовой, является крупнейшим экологическим штрафом, подтвержденным судом.

Расплатой для Исаева стали отставка и потеря им 50% «Востокугля». Между былыми партнерами было подписано соглашение, которое урегулировало претензии, утверждает Катерина Босов: «Дмитрий предпочел гражданско-правовой выход из сложившейся ситуации». Никаких претензий не могло быть, а Исаев никогда не был сотрудником Босова, возражает представитель Исаева: «У них были исключительно партнерские отношения. А значит ответственность как за успех, так и за провал проектов лежала на обоих». Ровно поэтому Босов не мог и уволить Исаева, подчеркивает представитель последнего: «Это юридический нонсенс и не более, чем черный PR». Эльгинский проект хоть и был инициирован Исаевым, но секретом для Босова не был, в свою очередь говорит представитель «А-Проперти», миллиардер участвовал в «начальных переговорах»: «Но как только встал вопрос о финансировании сделки, Босов вышел из переговоров и вплоть до ее закрытия ни в какой форме не выражал своего интереса». Первой публичной реакцией Исаева стал иск о клевете, который он подал к структурам Босова в конце апреля за сообщения о своем увольнении, которые растиражировали СМИ. А после смерти бывшего партнера Исаев решил отстаивать и свои права на некогда совместный бизнес.

«Обычный» бизнес-кейс

Босов был найден мертвым в ночь на 6 мая. Рядом с миллиардером обнаружили его наградной Glock, по предварительным данным он покончил с собой. У Босова не было причин сводить счеты с жизнью, в один голос твердят его друзья и знакомые: «Сложные ситуации его наоборот раззадоривали». Это либо несчастный случай, либо «помутнение от лекарств и изменения стиля жизни», считают собеседники Forbes. По словам двух из них, самоизоляция на время пандемии коронавируса стала для Босова тяжелейшим испытанием: «Он всегда был в движении».

После трагических новостей в движение пришли партнеры Босова. 11 мая, на следующий день после похорон Босова, компания «Порт Вера Холдинг» (ПВХ), через которую «Ростех», Лапшина и Новиков владеют 50% порта, потребовала у «Востокугля» продать ей 16,7% проекта по номиналу — за 3340 рублей. ПВХ ссылалась на корпоративный договор, по которому такое обязательство наступало в случае смены акционеров у одного из участников проекта. Именно это и произошло после выхода Исаева из «Востокугля» и смерти Босова, аргументировал в письме гендиректор ПВХ Родион Сокровищук. Через два дня, 13 мая, у порта «Вера» сменился директор. Решение принял Вадим Бугаев, который хотя и был уволен из «Востокугля» вслед за Исаевым, но остался руководителем компании «Порт Вера Менеджмент», через которую ПВХ и «Востокуголь» владеют портом. Смена менеджмента привела к тому, что «Сибантрацит» стал испытывать дискриминацию уже в своем порту, жалуется Босов. По ее словам, новое руководство затягивает погрузку судов ее компании, но при этом «приоритетно» обслуживает поставки с Эльгинского месторождения.

20 мая Исаев, который перешел в Эльгинский проект Авдоляна, подал иск о восстановлении своей доли в «Востокугле». В иске (копия есть у Forbes) Исаев утверждает, что не давал согласия на продажу своего пакета «Востокугля», который за 5 000 рублей достался Олегу Шемшуку, давнему соратнику Босова. Фактически, единственным активом «Востокугля» является 50% в порте «Вера», остальные проекты были у него в управлении.

«Нас интересуют только совместные активы, на какой-либо еще бизнес Босова мы не претендуем», — заверяет человек, близкий к Авдоляну. По его словам, конфликт драматизируется из-за смерти Босова: «На самом деле, это обычный бизнес-кейс». Претензии к Босову возникли сразу же после выхода Исаева из проектов и появлении «никому не известного» Шемшука, рассказывает источник, близкий к акционерам порта. Тогда же, то есть еще до смерти Босова, началась подготовка документов к реализации опциона, говорит собеседник Forbes.

Заявления о том, что порт якобы ограничивает объемы отгрузки угля «Сибантрацита» в пользу угля с месторождений Эльги или какого-либо другого участника не соответствуют действительности, заявил представитель ПВХ: «Никакие дискриминационные ограничения по отгрузке угля не вводились». Он также подчеркнул, что опцион был нужен, чтобы снизить риски от выхода Исаева и Босова, чье личное участие было гарантией успешной реализации проектов. Право на опцион было и у структур Босова, в случае, если сменились бы акционеры ПВХ, отмечает представитель компании. 5 августа ПВХ подала иск, в котором потребовала понудить «Востокуголь» продать 16,7% порта.

Аналогичное условие на опцион в 16,7% проекта содержится и в соглашении по Огоджинскому проекту, отмечает представитель «РТ-Глобальные ресурсы» (структура, через которую «Ростех» участвует в обоих проектах). По его словам, «РТ-Глобальные ресурсы» намерена предъявить к исполнению и его. В самом «Ростехе» ограничились комментарием, что госкорпорация «не рассматривает покупку или иную форму участия в активах «Сибантрацита».

Игра ва-банк

Поздно вечером 18 июля с одного из отвалов угольного разреза «Сибантрацита» в Новосибирской области сошел оползень. Грязевой поток похоронил под собой 100-тонный карьерный БелАЗ и бульдозер, а также затопил часть сельхозземель Института цитологии и генетики. Других жертв удалось избежать, заверял исполнительный директор «Сибантрацита» Сергей Коломников: ни люди, ни коммуникации не пострадали. Тем не менее, в Telegram-каналах происшествие тут же окрестили техногенной катастрофой, вскоре новость растиражировали и местные медиа.

На федеральный уровень авария вышла с подачи депутата Госдумы от КПРФ Тамары Плетневой. На оползень ей пожаловались жители близлежащего села, а Плетнева в свою очередь обратилась в Генпрокуратуру. Виновником происшествия может быть лично Катерина Босов, говорилось в запросе Плетневой. «Ваше письмо ляжет в основу нового витка давления на компанию и на меня», — сетовала Катерина Босов в ответном письме к Плетневой. В нем же она сообщила, что почти три месяца сражается с «рейдерами».

Обострение между партнерами по порту «Вера» два источника, близких к «Востокуглю», связывают с покупкой Авдоляном Эльгинского месторождения. С этого момента расходы на развитие промышленного кластера якобы существенно выросли и опцион пришелся кстати, рассуждает один из собеседников Forbes: он позволяет практически бесплатно получить контроль над портом и частично компенсировать издержки. «Это ложь», — говорит представитель «А-Проперти». По ее словам, острой потребности в этом порту нет: эльгинский уголь отгружается практически во всех портах Дальнего Востока, а «А-Проперти» параллельно развивает собственный терминал в порту Ванино. Сергей Адоньев, который, по словам двух источников Forbes, входит в совет директоров «Порт Вера Менеджмент», отказался от комментариев. «Наша сторона выступила единственным инвестором в развитие порта», — настаивает в свою очередь Катерина Босов. В ПВХ отказались раскрывать инвестиции в порт, сославшись на конфиденциальность информации. При этом представитель компании подчеркнул, что ПВХ руководствуется единственным мотивом: «Мы лишь настаиваем на четком исполнении принятых на себя обязательств всеми участниками проекта».

Босов же уверена, что у партнеров нет оснований для предъявления опциона. Во-первых, смерть Дмитрия Босова нельзя трактовать как смену контроля, говорит она: «По российскому праву это естественное событие, не зависящее от воли сторон». Во-вторых, Шемшук в 30-ти дневный срок, якобы предусмотренный в корпоративном договоре, передал свою долю в «Востокугле» самой компании, говорит она. Таким образом, контроль остался за Дмитрием Босовым, а после смерти перешел его наследникам.

Правда, окончательно выйти из «Востокугля» Шемшук не успел. Суд заблокировал сделку в обеспечение иска Исаева о восстановлении его доли в «Востокугле». В конце августа суд в первой инстанции постановил вернуть Исаеву 50% «Востокугля». Конфликт с Исаевым помешал и другой сделке. В июне Катерина Босов сообщила, что продала миллиардеру Роману Троценко F 75 многострадальный проект в Арктике. Вместе с ним новому собственнику должен был перейти и штраф Росприроднадзора. Но не прошло и двух недель, как Троценко заявил, что приостанавливает сделку. До тех пор, пока наследники Босова не договорятся с Исаевым, которому принадлежит оставшийся пакет АГК и на который тоже претендует Троценко.

Действия Исаева не остались без ответа. В конце июня АГК подала к Исаеву и Бугаеву иск о солидарном возмещении убытков на 600 млн рублей. Столько же составляет «просуженный» штраф Росприроднадзора, который Троценко обещал погасить после покупки АГК. С тех пор АГК инициировала против Исаева и Бугаева еще два разбирательства, требования по одному из них — еще 759 млн рублей. А в начале августа «Востокуголь», через который наследники Босова владеют своим пакетом порта «Вера», сообщил о намерении признать самого себя банкротом. Если дело дойдет до банкротства, то основной актив «Востокугля» — доля в порту «Вера» — может отойти крупнейшему кредитору. Пока что единственным заявленным кредитором «Востокугля» является разрез «Восточный», который контролируют наследники Босова.

«Катерина идет ва-банк», — считает источник, близкий к акционерам порта «Вера». У ее оппонентов очень серьезная поддержка, беспокоится один из друзей Дмитрия Босова. «Мы тоже не вчера родились», — парирует другой давний друг миллиардера, который сейчас помогает по бизнесу его вдове. Он напоминает, как в 2018 году у Босова произошел конфликт вокруг угольных активов с бывшим руководителем «Роснефти» Эдуардом Худайнатовым, давним соратником нынешнего главы госкомпании Игоря Сечина. Тогда Босов смог привлечь сопоставимый административный ресурс и уладить разногласия, отмечает собеседник Forbes. Среди союзников Босова называли министра обороны Сергея Шойгу, вице-премьера Юрия Трутнева и основного акционера УГМК Искандера Махмудова. У миллиардера был и неформальный доступ к президенту, с которым он играл в Ночной хоккейной лиге и соседствовал на Рублевке.

18 августа Катерине Босов отошли 43% или половина доли мужа в холдинговой компании «Аллтек», которая владеет «Сибантрацитом». Оставшиеся 43% «Аллтека» являются наследственной массой и будут распределены среди близких родственников миллиардера, в их числе и Катерина с несовершеннолетней дочерью. Многие контакты Босова хорошо знакомы Катерине, рассказывает друг миллиардера: она была участником многих переговоров и свидетелем важных договоренностей: «Рынок ее знает». Но нюанс в том, что связи Босова были частью его жизни, он постоянно общался с людьми, признает собеседник Forbes: «Диму заменить невозможно. Очевидно, Катерина пытается сохранять его стиль, его заветы и задумки. А насколько она сможет — посмотрим».