Сайт продается

Цена: 550$

Обращатся : [email protected]

ТОП новини

Елена Батурина навострила лыжи за границу. Что сделает Кремль?

Потеря Еленой Батуриной первого места в «женском рейтинге» российского списка «Форбс» совпало с новостью о том, что она планомерно распродает свои активы. По сообщению The Irish Times, Елена Батурина выставила на продажу четырёхзвездочный отель Morrison в Дублине, оценив его примерно в €80–85 млн. Состояние бывшей «первой леди» Москвы уже оценивается в 1,2 миллиарда долларов (ранее оно достигало 3 миллиардов), но аналитики предполагают скорый крах её финансовой империи. Особенно после того, как осенью прошлого года Батуриной пришлось покинуть Попечительский Совет благотворительного фонда мэра Лондона, где происхождение ранее внесённых 138 000 фунтов вызвали сомнения у проверяющих инстанций, заподозривших миллиардершу в отмывании денег сообщает http://slon.today

Ни для кого не секрет, что успехи Елены Батуриной и ранее принадлежащей ей компании «Интеко», которую она на заре 90-х создавала вместе с родным братом Виктором, были напрямую связаны с политической активностью и высокой государственной должностью её мужа Юрия Лужкова. На протяжении 90-х годов, когда Лужков и его команда полностью контролировали весь бизнес столицы, росло и влияние Елены Батуриной на рынках строительства и недвижимости Москвы. В те годы бизнес в соответствии с законами времени делался быстро, решительно – практически по «законам джунглей». Кто обладал административным ресурсом и политической «крышей» в лице руководства мэрии и городских судов – тот был сильнее, тому доставались лучшие и самые выгодные проекты в сфере городского строительства. Одновременно с величиной московских госзаказов и, как следствие, величиной счетов в зарубежных банках, росло и количество противников Батуриной.

По мнению известного российского политика и чиновника московской мэрии Сергея Станкевича, «в Москве к 1996 году стала складываться классическая «семейная» группировка, … начала свой удивительный взлёт в бизнесе будущий миллиардер и по совместительству жена мэра Елена Батурина». Известными критиками Батуриной и политики протекционизма, проводимой её мужем на посту мэра Москвы, были и крупные бизнесмены. Так, в то время президент Национального резервного банка, Александр Лебедев неоднократно утверждал, что получение выгодных заказов компанией «Интеко» от правительства Москвы обусловлено наличием брачных уз между Лужковым и Батуриной.

А в начале сентября 2009 года оппозиционный политик, бывший первый вице-премьер РФ Борис Немцов, призвал власти привлечь столичного мэра Лужкова к уголовной ответственности за коррупцию, утверждая в своём докладе, что именно действия мэра Москвы привели к обогащению его жены Елены Батуриной. Позже к требованию об отставке Лужкова в связи с бизнесом Батуриной присоединились сопредседатель партии «Правое дело» Леонид Гозман и движение «Солидарность». А в декабре 2009 года газета «Ведомости», которая в целом достаточно лояльно относилась к семейному подряду Лужковых, опубликовала данные, из которых следовало, что летом 2009 года, в период, когда прочие девелоперские компании столкнулись со значительными трудностями, связанными с экономическим кризисом, «Интеко» досрочно погасила кредиты банков в размере 27 млрд руб., в чем ей помог «Банк Москвы», чьим крупнейшим акционером было правительство города. В 2011 году по этому эпизоду было возбуждено уголовное дело, в офисах «Интеко» и Банка Москвы проводились обыски.

Если в 90-х годах Батурина была «всего лишь» самой преуспевающей бизнес-леди Москвы и перед ней были открыты все двери в городе, то в 2000-х, вплоть до отставки своего мужа с поста мэра, она сама фактически была «крышей» любых крупных бизнес-инициатив. К ней на поклон шли олигархи из того же списка «Форбс», «женскую» версию которого она тогда уже сама возглавляла. В июле 2009 года известный предприниматель Шалва Чигиринский через своего адвоката заявил Высокому суду в Лондоне о том, что с 1999 года Батурина была его партнёром по девелоперским и нефтегазовым проектам в Москве: по его словам, он финансировал эти проекты, а Батурина «должна была гарантировать, что никакие «бюрократические вопросы» не помешают их реализации»; таким образом, она, по утверждению Чигиринского, де-факто контролировала половину его нефтяных активов.

«Нигде, кроме Москвы, бизнес Батуриной не развивается успешно…», — утверждал в то же время Борис Немцов. Время доказало его правоту. Ни в одной стране мира, где бы ни начинала свой бизнес Елена Батурина, таких масштабных успехов, как в Москве 90-х, она не добивалась. После же отставки её мужа бизнес пошел на спад. Локомотив её империи – девелопер «Интеко» был ею продан, но, что важно отметить, даже сейчас в Австрии продолжаются судебные слушания, на которых брат Елены – Виктор Батурин утверждает, что имеет права на 24% акций «Интеко», за которые его сестра с ним не расплатилась, к тому же подделав его подпись под соглашением. По словам адвокатов Батурина, результат этих судебных слушаний может в корне перевернуть историю взлёта Елены Батуриной и существенно повлиять на состояние её банковских счетов.

Что остается сделать Елене Батуриной, чтобы как-то изменить неприглядную картину, складывающуюся сегодня в информационном поле, прежде всего, за рубежом, или хотя бы притормозить поток материалов на тему стремительного крушения её некогда могущественной бизнес-империи? Конечно, нанять в Англии частное PR-агентство RedSquare, которое должно заняться репутацией знаменитой клиентки и вывести её из-под информационных ударов в европейских СМИ в том числе на портале http://dedal.club . В Москве же такого агентства пока не нашлось.

Увы, Елена Батурина несколько оторвалась от российских реалий и понимания картины информационного мира. Привыкнув действовать топорно и размашисто, как в 90-е, когда в Москве это было принято, она сегодня, похоже, придерживается рейдерских методов в бизнесе и «чёрных» технологий работы в СМИ. Думается, разве что подобной спецификой и можно объяснить её выбор инструментов и исполнителей для продвижения своих интересов. На рынке циркулируют слухи, что для информационной работы она якобы обратилась к медиаменеджеру Владиславу Клюшину, известному, прежде всего, тем, что ему ранее приписывалась СМИ одна из главных ролей в администрировании известного анонимного телеграмм-канала «Незыгарь». Это могло показаться бывшей первой леди столицы надежным проводником её просьб и чаяний на самом высоком уровне.

Официальная версия карьерного взлёта этого медиаменеджера связана с историей компании «М-13» и её главного продукта — информационной мониторинговой системы «Катюша», которую власти усиленно интегрируют во все информационные сети силовых ведомств и министерств. Известно, что «Катюша» в разы дороже иных российских мониторинговых аналогов, что, конечно, наверняка приносит радость и немалые деньги её создателям и кураторам. Вот только знают ли покровители о прошлом своего протеже?

Отрывок из решения суда «… беспричинно взяв в руки топор, находившийся в прихожей, … умышленно нанес с размаху один удар обухом топора в область правого виска головы Стецишина, причинив последнему рубец правой височной области, … оскольчатый перелом правой височной кости, ушиб головного мозга,… данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека…»

Это цитата не из романа Достоевского, а из приговора Нарофоминского городского суда от 27 сентября 2000 года. Обвиняемый – полный тезка медиаменеджера, Клюшин Владислав, 1980 года рождения, нанесший 15 апреля 2000 года в ходе бытовой ссоры удар топором соседу по голове. Вину свою подсудимый частично признал, во время совершения преступления был трезвым, как взял в руки такое «оружие» – не помнит. Эти строки больше напоминают криминальную хронику 90-х, нежели биографию крупного российского медиатехнолога. Но из биографии слов не выкинешь. Подсудимый обвинялся сразу по двум статья Уголовного Кодекса. Статья 111 часть 2 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное из хулиганских побуждений с использованием оружия или предметов, используемых в качестве оружия») предусматривает лишение свободы на срок до пятнадцати лет. А статья 213 часть 3 («Хулиганство, грубое нарушение общественного порядка, сопровождавшееся применением насилия») — лишение свободы на срок от пяти до восьми лет. Суд, признавший подсудимого виновным по всем пунктам обвинения, постановил уничтожить орудие преступления. Но, по словам одного из его знакомых, кличка «Топор» могла остаться за ним, по-видимому, навсегда.

На первый взгляд, сотрудничество такого специалиста с миллиардершей Батуриной можно было бы объяснить неразборчивостью бывшей «первой леди» Москвы. Но в подобном политическом и медийном союзе видится некий символизм, поскольку это — настоящая картинка из истории Москвы 90-х. Методы, связи, деньги Батуриной – оттуда. Как и её нынешний помощник, готовый защищать разваливающуюся империю. Так что, когда будете читать слезоточивые тексты в защиту Батуриной, следует об этом помнить.

 

Женская доля Елены Батуриной. Путь от щеток для унитазов до $1,1 млрд.

 

- А кто у нас муж? ...Предупреждать надо

Родители позаботились: девчонки вырастут красавицами, спортсменками и - поскольку комсомола, надеемся, к тому времени все еще не будет - миллионершами

«Все дело в генах - человек либо лидер по природе, либо нет. Я всегда была лидером», - как-то обронила в одном из своих немногочисленных интервью Елена Батурина.

Однако простой анализ ее жизни (по крайней мере, фактов, известных публике) позволяет предположить, что Елена Николаевна выдает желаемое за действительное.

То есть, бесспорно, некоторые внешние проявления этого качества - лидерства - налицо: так, она одна из самых богатых женщин России, владелица крупного бизнеса, жесткий человек с хорошими мозгами... Но, изучая составляющие ее успеха, невольно задаешься вопросом - а чего бы достигла Елена Николаевна, не стань она в начале 90-х супругой столичного мэра?

Гены лидера

Леночка Батурина родилась 8 марта 1963 года в семье рабочих московского завода «Фрезер». Мама работала за станком, папа был мастером. Семья Батуриных довольно большая. Есть брат Виктор, давний партнер и поверенный в бизнесе, есть кузины, есть двоюродный брат... Первая леди столицы однажды заверила журналистов, что доверяет родственникам, как себе. Поэтому активно привлекает их к своему бизнесу.

В детстве Лена часто болела, врачи даже заставили поверить ее в то, что у девочки слабые легкие. Поэтому она никогда не курила. Но спортом стала заниматься, судя по всему, только став первой леди Москвы:

- В 80-е годы занятия спортом не были массовыми, поэтому я сейчас восполняю то, чего не получила в детстве, -призналась Батурина «Известиям» в мае 2004 года. - Два раза в неделю играю на кортах в Лужниках. Примерно столько же времени занимаюсь верховой ездой - Юрию Михайловичу подарили лошадь из Кабардино-Балкарии, зовут Шаулох, она до сих пор у нас... Неплохо катаюсь на горных лыжах - мы выезжаем в Австрию вместе с детьми: там достаточно спокойный деревенский отдых... Что еще? Вожу автомобиль, стреляю из малокалиберной винтовки - третий разряд...

Кажется, что Елена родилась девочкой по ошибке. Ее манера ведения бизнеса и мышления, напористость, жесткость, облик коренастой угловатой женщины, приверженность к брюкам и спортивному стилю в одежде, пристрастия (стрельба, например) как-то больше подходят мужчине. Но, видимо, в этом - залог успеха Батуриной, его немаловажные составляющие.

После школы Елена отправилась на завод «Фрезер» и отработала там полтора года. Для тех, кто не помнит антураж 80-х, поясню - так делали те, кто не прошел в вуз по конкурсу или вообще не стремился получить высшее образование. При батуринской амбициозности заподозрить второе было бы очень сложно, так что остается вариант «непроходимости». Кроме того, после работы на заводах абитуриент автоматически получал преференции при поступлении на вечерние отделения вузов.

Так или иначе, по данным «АиФ», Батурина училась именно на вечернем отделении Института управления (ныне Академия управления) и трудилась в Институте экономических проблем комплексного развития народного хозяйства города Москвы. В 1986-м году, когда Батурину откомандировали из этого института в рабочую группу комиссии Мосгорисполкома по индивидуальной трудовой и кооперативной деятельности, она была младшим научным сотрудником, занималась научными проблемами изучения «бытовок» и общепита.

Теоретиков кооперации, которые собирались раз в месяц, чтобы принимать какие-то принципиальные решения, возглавил тогдашний зампред Мосгорисполкома Юрий Лужков. А всю текущую деятельность вела рабочая группа, в которой и стала трудиться секретарем молодой специалист Батурина.

Вот как вспоминает об этом времени тогдашний председатель кооператива «Символ», а теперь обозреватель журнала «Русский Newsweek» Валерий Дранников: «Комиссия обосновалась на сцене актового зала. В первых рядах восседали кооператоры. Было шумно, весело и дико смахивало на театр абсурда. Вчерашние цеховики, завлабы, инженеры пришли подставить экономике плечо. На сцене - театр одного актера. Жутко строгая девица с глазами цвета вороненой стали время от времени подходила к рампе и зычным голосом комбата вызывала кооператоров. Девицу звали Елена Батурина, и уже две недели она служила инспектором комиссии».

- Мы работали начиная с 9 часов, а заканчивали иногда за полночь, - так Елена Николаевна в мае 2003 года описывает то время в интервью газете «Московские новости». - И так практически каждый день, включая субботы. Юрий Михайлович был душой и мотором этой комиссии. Недаром после того, как он из нее ушел, работа начала резко сворачиваться.

Вместе с «душой и мотором» Батурина проработала в комиссии до середины 1988 года. Служебного романа между ней и Лужковым, как уверяют оба, не было. Отношения сложились позже, когда они уже не работали вместе. А когда будущий мэр Москвы овдовел, поженились. Это случилось в 1991 году. Разница в возрасте между супругами -31 год. В 1992-м году родилась их первая дочь Алена, в 1994-м вторая - Ольга. У Юрия Михайловича, как известно, есть еще два сына от первого брака.

Странные совпадения

Батурина утверждает, что работа в комиссии Мосгорисполкома не повлияла на то, что она ушла в бизнес: «После такой активной, живой работы вернуться на научную практически невозможно: становится скучно. Поэтому в институт я не возвратилась, а пошла в бизнес».

Но так уж случилось, что замужество и начало бизнес-карьеры Елены Николаевны как-то чудесным образом совпали по времени: оба события произошли в 1991 году. (ТОО «Интеко» было зарегистрировано решением исполкома Краснопресненского районного Совета народных депутатов 5 июня 1991 года.)

И, видимо, совершенно случайно, из гуманных соображений поддержки малого бизнеса в октябре 91-го года банкир Александр Смоленский, президент «Столичного банка сбережений» (ныне О.В.К. 1), предоставил, как вспоминают журналисты («Советская Россия», 12.10.1999 г.), Лене Батуриной кредит на сумму в 6 млн. рублей для создания кооператива. С таким капиталом начинающая кооператор решила сделать ставку на разработки программного обеспечения. И, как говорят, прогорела. Пришлось срочно искать новые сферы деятельности, не связанные с высокими компьютерными технологиями. Кредит, однако, нужно было возвращать... Так или иначе, но (возможно, это опять случайное совпадение) Смоленскому вскоре была предоставлена возможность обслуживать выгодную часть бюджета правительства Москвы.

Неудача Елену Николаевну не остудила. Хотя, казалось бы, случай довольно показательный: так долго «вариться» в недрах кооперативного движения и не добиться успеха, имея неплохой стартовый капитал...

Кстати, сегодня, спустя тринадцать лет, Елена Николаевна предпочитает иначе описывать свои первые шаги в кооператорском деле. В недавнем интервью журналу «Русский Newsweek» она с легкостью приукрасила свое прошлое: «...За Лужкова я вышла замуж в 1991-м, когда уже два года была кооператором. И. между прочим, достаточно успешным. Поэтому еще неизвестно, кто больше выиграл от брака. Я была независимой женщиной, а Лужков - городским чиновником на окладе».

Опять же, случайно или нет, но следующий выбор Батуриной пал на пластмассу. Не исключено, что идею подал муж (а, возможно, он же и помог с первыми шагами). Дело в том, что практически всю сознательную жизнь Лужков провел в химической промышленности и даже одно время был зам. начальника НИИ пластмасс. Вот выдержка из его биографии: «1953-1958 гг. - учился в Московском институте нефтехимической и газовой промышленности.

1958-1964 гг. - научный сотрудник, руководитель группы, заместитель начальника лаборатории НИИ пластмасс. 1964-1974 гг. - начальник отдела Министерства химической промышленности СССР

1974-1980 гг. - директор опытно-конструкторского бюро автоматики Министерства химической промышленности СССР 1980-1986 гг. - генеральный директор НПО «Нефтехимавтоматика». директор опытно-конструкторского бюро».

Трудно поверить, что, став мэром Москвы, «почетный химик СССР» утерял все нужные связи. Еще труднее поверить в то, что среднестатистический младший научный сотрудник может в России вот так просто, с нуля и без необходимых знаний, связей и опыта, стать чуть ли не крупнейшим в стране производителем и поставщиком пластмассовых изделий - от всевозможных тазиков до одноразовой посуды. Тем не менее оба супруга в различных интервью твердо заявляют, что Лужков не оказывает никакой поддержки бизнесу Батуриной. Хотя, возможно, это и правда: какая может быть нужда в прямой поддержке, если все чиновники и так знают, что имеют дело с супругой мэра?

Так начала основываться империя «Интеко»

Нервный бизнес

Все знают, как нервно до недавнего времени относилась Батурина к малейшим попыткам журналистов поподробнее узнать о деталях ее бизнеса. А уж если такое любопытство проявляют правоохранительные органы... Что из этого выходит, чудесно иллюстрирует нашумевшее «владимирское дело», когда в апреле 1999 года чекисты вскрыли гигантскую сеть денежных «прачечных», через которые миллионы долларов перекачивались в офшорную зону Республики Науру. В том числе в поле зрения следователей попал и Русский земельный банк (РЗБ), обслуживавший счета «Интеко».

Это, видимо, было их роковой ошибкой. Еще не были произведены выемки, а следователь уже читает в газете, что он нарушил закон, что нельзя было этого делать... Из Госдумы сыплются запросы, Батурина обвиняет ФСБ в травле, Лужков говорит о политическом заказе... Елена Николаевна даже встречалась с шефом ФСБ Патрушевым, встречей осталась крайне недовольна. А что же, собственно, произошло?

Строго говоря, ничего. Если не считать того факта, что в совете директоров этого банка фигурировали как сама Батурина, так и ее брат, один из сыновей Лужкова и даже лучший скульптор нашей эпохи Зураб Церетели и что структуры фирмы «Интеко» действительно проводили кое-какие платежи через РЗБ. Но раз они не были криминальными, чего беспокоиться-то? По поведению же Батуриной выходило, что интересоваться ее бизнесом - само по себе уже страшное преступление правоохранителей.

Житейские проблемы

Более понятно стремление Батуриной к секретности в отношении личной жизни. Так, по некоторым данным, ее дочки учатся в закрытой школе «Первая московская частная гимназия» (неофициальное название «Медовые лужки»), которая расположена в 45 километрах от столицы. Доехать до нее можно по Новорижскому шоссе до указателя Липки. Этот элитный район называют Русской Швейцарией. Территория школы занимает около 7 гектаров, заведение оснащено всеми мыслимыми прибамбасами - от тренажерных залов и бассейнов до преподавателей - носителей иностранных языков. Школе этой всего полтора года и принадлежит она Елене Батуриной (по крайней мере, учредитель гимназии - группа «Интеко»).

В самой школе наличествуют все блага цивилизации. В деревне же Липки, околица которой чуть ли не утыкается в высокий забор гимназии, - покосившиеся дома и немало старух, таскающих от колонок тяжеленные ведра... Так. за глухим забором и воспитываются дети нашей элиты. Они отгорожены от внешнего мира не только в целях безопасности. А вдруг бедные детки увидят, как живут люди в Липках? Известна история, как дочки Лужкова не могли решить простенькую задачу про покупку мячиков на определенную сумму денег. Нет. не потому, что им не дается математика. Просто девочки никогда не были в магазине и не понимали, что это такое. Согласитесь, что для дочери рабочих, каковой является Елена Николаевна, и сына плотника, в чем не стыдится признаваться Юрий Михайлович, это едва ли правильная политика воспитания собственных детей. Тем более что сами они достаточно неприхотливы в быту. Большую часть времени супруги проживают в резиденции мэра (коммунальные расходы по которой оплачивает город) или на даче.

До 2002 года в качестве места прописки у Батуриной значился адрес: г. Москва, ул. Осенняя (тот самый знаменитый ельцинский дом в Крылатском). «Мы там практически не живем,- делилась житейскими проблемами с «МК» жена мэра. - Два раза в этой квартире ночевали наши дети. Мы праздновали Новый год в городе, а в районе 2-3 часов отвозили девочек на Осеннюю. Это ближе, чем добираться до дачи».

То есть, прямо как по Булгакову - «нехорошая квартира». Поэтому с 2002 года в документах появляется другой адрес: ул. 3-я Тверская-Ямская. (Если верить базам данных по регистрации сделок с недвижимостью, этой квартирой Елена Николаевна владеет с 2000 года. Владеет одна.) Любопытно, что в 2001 она прикупила в том же доме смежную квартиру для своих дочек. Эта квартира уже оформлена в долевую собственность. Мэр Москвы, бессеребреник, квартиры в столице по-прежнему не имеет. О чем он неоднократно с гордостью упоминал в своих декларациях.

Путь от щеток для унитазов до $1,1 миллиарда

Батурина амбициозна до смешного. Кстати, мэр в этом ей не уступает. Супруги запатентовали варианты «мэрской» выпечки: пироги, три вида расстегаев, два вида кулебяк и два рецепта пирожка полуоткрытого. Все это можно съесть в «Русском бистро». В чем уж особенность данных произведений кулинарного искусства, предоставим судить «Роспатенту». (А на мой вкус - лучше в такие «бистро» не заходить.)

Елена Батурина - женщина небывалой энергии. К чему бы она ни прикоснулась, все норовит сделать явлением масштабным. Если не бизнесом, то хотя бы спортом. Лужкову подарили скакового коня - Батурина вскоре стала президентом Федерации конно-спортивных клубов, а Юрий Михайлович тут же помог супруге в организации соревнования по конному спорту на «Кубок мэра».

Говорят, то обстоятельство, что Батурина не сменила фамилию, свидетельствует о ее стремлении к самостоятельности, что в бизнесе расценивается как проявление силы. А скорее, все ровно наоборот: это позволяло ей долгое время оставаться в тени и не привлекать внимание к собственной персоне: до сих пор многие москвичи не только не ассоциируют ее фамилию с фамилией Лужкова, но даже не знают в лицо первую леди города. В 90-е годы Лужкову не простили бы жену-миллионершу, если бы вдруг эта скромная московская семья начала открыто кичиться своими заводами и конюшнями. Не случайно в «горячем» для Лужкова 1999 году будущий миллиардер Батурина предпочитала скромничать. Вот как она характеризовала свою деятельность в эксклюзивном интервью газете «Московский комсомолец» под романтическим заголовком «Чувство любви в нас свежо, как и прежде»:

- По всем европейским меркам это средний бизнес: у меня работают порядка 2000 человек. Большую часть производства «Интеко» действительно составляют бытовые принадлежности. Правда, это не только тазики и ведра, о которых много писалось во время конфликта с владимирским ФСБ, но также посуда, мебель, кашпо для цветов, щетки для унитазов и держатели для туалетной бумаги. В общем, довольно обширный ассортимент.

- Вы действительно никогда не выполняли заказы правительства Москвы?

- Единственный раз мы контактировали с правительством города и поставляли продукцию на бюджетные деньги во время Юношеских игр. Но сумма той поставки составляла всего 15 тысяч долларов...

Конечно, такая игра в прятки и в «прибеднялки» удавалась во многом благодаря простецкому мужу «в кепке».

Например, долгое время было известно лишь то, что супруга мэра занимается производством пластмассовых изделий, что она вроде как выиграла тендер и получила заказ на производство пластиковых стульев для Лужников (80 тысяч штук), что якобы эти стулья стоили очень дешево (чуть ли не 50 рублей штука), что потом другим покупателям они стали продаваться уже по 150-200 рублей. (Кстати, эту скандальную историю со стульями политику Лужкову до сих пор припоминают при всяком удобном случае.) Еще было известно, что сеть «Русских бистро» покупает одноразовую посуду исключительно у Батуриной (а кто поручится, что сама идея создать эту сеть бистро не возникла у мэра исключительно ради масштабного сбыта продукции супруги), и что именно в «Интеко» изобрели одноразовую рюмку.

Потом стали просачиваться данные про строительные составляющие ее бизнеса. И, наконец, стало известно, что из «пластмассовой» компании «Интеко» превратилось в мощную строительно-производственную фирму. Но масштабы этого превращения очертить было трудно.

Батурина секретничала, заботясь о «народном» имидже своего мужа. Только в конце прошлого года под нажимом финансовых обстоятельств и международных требований прозрачности ей пришлось приоткрыть запоры своей бухгалтерии: в 2003 году фирма «Интеко», возглавляемая Еленой Батуриной, решила взять кредит в 1,2 млрд. рублей под реализацию строительных проектов. Солидные инвесторы предоставляют такие суммы только состоятельным клиентам, давшим полную информацию о своем бизнесе. Таким образом, Елена Николаевна просто была вынуждена, наконец, озвучить свои доходы. И сразу выяснилось, что бывший неудачливый кооператор Лена Батурина владеет 99% акций «Интеко», а 1 % акций этой компании достался ее брату Виктору. До этого, кстати, ходили разные слухи о том, что Елена Николаевна имеет всего лишь несколько акций этой кампании (самые смелые утверждали, что 50%). Собственно говоря, жена мэра сама с удовольствием напускала туману вокруг своей деятельности. Скажем, 5 лет назад в том же эксклюзивном интервью «МК» Батурина так описывала структуру своего «тазикового», как тогда казалось, бизнеса:

«- Что для вас значит слово «семья»?

- На самом деле я очень семейный человек. Я доверяю членам своей семьи как себе самой: если вы посмотрите на список центрального аппарата «Интеко», то увидите, что фамилия Батурин(а) там встречается 4 раза. Это я, мой брат, жена моего брата и мой двоюродный брат...

- Семейственность разводите?

- Мой бизнес абсолютно семейный. Половина акций компании принадлежит моему старшему брату».

Остается только догадываться: то ли пять лет назад Батурина просто, шутя, в 50 раз преувеличила «однопроцентный» акционерный капитал своего брата Виктора, то ли за это время на дружеском семейном совете Виктора Батурина за что-то лишили 49% акций фирмы «Интеко». Впрочем, в любом случае, брат, видимо, на сестру не в обиде.

Итак, только недавно выяснилось, что оборот ее «среднего» бизнеса в 2002-м году составил более 8,8 млрд руб. и вырос в четыре раза по сравнению с 2001 годом, а чистая прибыль (130 млн руб.) выросла более чем вдвое.

Тогда же, в конце прошлого года, впервые стало известно и про зарплату Елены Николаевны - $154000 в месяц (примерно 5 000 000 рублей). Журналисты опросили множество специалистов по подбору персонала, и все они утверждали, что с подобным уровнем зарплат в Москве не сталкивались. По их мнению, зарплату в размере $1,8 млн в год могут позволить себе лишь крупные российские компании уровня «Лукойла» и ЮКОСа для своих топ-менеджеров, но никак не московская строительно-производственная фирма, даже сверхуспешно ведущая бизнес.

Парадокс, но, несмотря на успешность ее бизнеса, инвестиционные аналитики сдержанно оценили перспективы займа. Показатели «Интеко» не идеальны: кредиторская задолженность составляет 9,3 млрд руб. при выручке в 2002 году 8,8 млрд руб., оборотный капитал финансируется за счет заемных средств. Надо сказать, что они оказались правы: на рынке удалось продать только 1/5 часть облигаций, остальные «ушли» благодаря долгим переговорам.

Это, впрочем, нисколько не помешало Батуриной ни в реализации строительных замыслов, ни в закреплении финансовых позиций.

Так, в мае 2004 года российская редакция журнала Forbes презентовала «Золотую сотню» самых богатых граждан России. В список отечественных миллиардеров, большинство которых живет в Москве, вошла всего одна женщина - супруга мэра Москвы. Эксперты Forbes оценили ее состояние в $1,1 млрд.

В «Золотой сотне» российского Forbes Елена Батурина значится на 35-м месте, серьезно отставая от Михаила Ходорковского ($15,2 млрд) и Романа Абрамовича ($12,5 млрд). Авторы рейтинга самых богатых людей страны признают, что выводы их очень субъективны - особенно это касается оценки личного состояния супруги московского мэра, владеющей одной из самых закрытых в стране компаний - холдингом «Интеко».

В списке российского «Форбса» указывается источник происхождения благосостояния. Как правило, это одна позиция. В нескольких случаях указываются две - но это очень очевидные случаи. У Елены Батуриной, по версии журнала, только один источник благосостояния - компания «Интеко».

Фамилии некоторых участников «российской сотни» снабжены двумя звездочками. Звездочки означают, что авторы рейтинга учитывали доли в бизнесе ближайших родственников. У Елены Батуриной таких звезд нет. Доли ближайших родственников в ее бизнесе, таким образом, не учитывались. Forbes обычно приписывает все активы, какими распоряжается семья предпринимателя, главе семейства. Таким образом, главой семейства является Елена Батурина.

Подобные вещи, безусловно, должны льстить самолюбию этой амбициозной женщины. Но почему так легко Елена Николаевна отказалась от привычной секретности? Неужели только из-за необходимости привлечь в бизнес 1,2 млрд рублей? Представляется, что это только одна из причин, и отнюдь не главная. При состоянии в $1,1 млрд найти $40 млн, наверное, было можно (оба события - и выпуск облигаций, и список Forbes, как вы, наверное, заметили, произошли с небольшим интервалом в 8 месяцев). Представляется, что дело тут в другом.

Во-первых, Батурина уже создала мощную империю (как она сама говорит, «мне не стыдно за свой бизнес»), острая нужда в поддержке - какой бы вид эта поддержка не имела - отпала. Лужков может спокойно предаться забавам с пчелами - Елена Николаевна вполне способна нести на своих плечах тяготы забот о семейном благе: у группы «Интеко» есть хороший размах, неплохие капиталы и прочные связи. Печальная участь Ходорковского, судя по всему, ей не грозит: Кремль еще ни разу не обращал внимания на строительный бизнес и производителей тазиков. Если, конечно, только Лужков не захочет в очередной раз попробовать себя в роли президента.

Кроме того, не исключено, что бизнес Батуриной готовится увеличить свои аппетиты и посягнуть на другие регионы и даже страны. Лужков находится на посту мэра последний срок, и самое время подумать о смене ареала деятельности. Так, Батурина интересуется строительными возможностями Питера, прикупила цементный завод на Украине... Последний, по мнению аналитиков, позволит ей избежать огромных ввозных пошлин и приступить к строительству на просторах другой страны.

Помощь по-батурински

Впрочем, Елена Николаевна и раньше интересовалась другими регионами. Но тогда шел активный процесс построения ее империи, и неудивительно, что первые «пробные» шаги совсем не всегда заканчивались победой семейства Батуриных. Свой интерес она обычно называет «помощью».

Первым, пожалуй, эту «помощь» оценил Кирсан Илюмжинов, затеявший провести в 1998 году в Калмыкии международную шахматную олимпиаду. Для этого предполагалось построить помпезный Город Шахмат. Ныне часть недостроенных коттеджей встречает визитеров пустыми глазницами окон и дырявыми крышами. А посреди этого разорения высится так называемый Дворец Шахмат, очень похожий на подобного рода аляповатые сооружения, в которых размещаются всевозможные московские бизнес-центры.

А тогда, в 1998 году, завершение этих Нью-Васюков казалось делом чести (не будем слишком вдаваться в финансовую составляющую «дела чести») Илюмжинова. Между тем, замысел грозил остаться долгостроем. И тогда на помощь пришли Лужков, Батурина и ее «Интеко».

Сама Елена Николаевна сегодня так озвучивает эту историю: «Юрий Михайлович Лужков сказал мне: «Помоги, это дело не только Калмыкии, но и всей России, а Москвы, как столицы, в первую очередь». Мне приятно осознавать, что я вместе с московскими и калмыцкими строителями оправдала надежды народа Калмыкии, правительства Москвы».

Возможно, с ее точки зрения, так оно и есть. Но вот в Калмыкии почему-то сильно сомневаются, что их надежды оправданы.

Спасать честь Калмыкии был послан брат Виктор Батурин, вице-президент «Интеко». Строительство абсолютно не вписывающихся в степной ландшафт зданий было завершено в срок под абсолютно «странные» финансовые условия. Например, после проведения олимпиады выяснилось, как утверждает газета «Новые известия» (24.11.1999 г.), что республика должна московским предпринимателям порядка $7 миллионов...

В эту сумму, как ни парадоксально, входили и долги батуринской фирмы «Интеко-чесс» местным субподрядным организациям. Правда, требуя от республики валюту, сумму своих долгов москвичи указали в рублях. По векселям батуринской фирмы Министерство строительства Калмыкии было обязано выплатить строителям 17 миллионов 106 631 рубль.

Долг повис мертвым грузом на отношениях между Москвой и Калмыкией. То ли в счет этого долга, то ли еще по какой причине, но в конце 1998 года Виктора Батурина по предложению Илюмжинова избирают калмыцким премьером. «Порулил» республикой он недолго.

Говорят, что чуть ли не сразу после назначения, в начале 1999 года, этот долг Батурин с легкостью необыкновенной повесил на министерство в результате так называемого договора цессии (переуступки долгов). Специалисты квалифицировали этот документ по меньшей мере как «странный»: согласно ему калмыцким строителям, нанимавшимся частной фирмой, следует требовать заработанное не у господина Батурина, а у бюджетной организации. Хотя все должно быть с точностью до наоборот. То есть в итоге в роли «вышибалы» должно было бы выступать именно Министерство строительства.

Но главным достижением нового премьера стало взятие «Калмнефти». Дело в том. что Батурин, потребовав гарантий возврата вложенных в достройку «Нью-Васюков» средств, получил практически неограниченный контроль над нефтяными богатствами республики. В результате договора залога, заключенного между Мингосимуществом Республики Калмыкии и ЗАО «Интеко-чесс» 23 января 1999 года, частная московская фирма стала фактическим владельцем принадлежащих республике 38 процентов акций Калмнефти. Притом без ведома акционеров. По подсчетам специалистов, залежи калмыцкой нефти оцениваются приблизительно в пять миллиардов тонн...

Но не прошло: против новоявленного «распределителя» республиканской собственности выступили единым фронтом руководители Народного хурала (парламента) Калмыкии, мэрии Элисты и администраций сельских районов. В итоге уже к февралю 1999 года Батурина «ушли» с поста премьера. Возмущенные акционеры Калмнефти обратились в арбитражный суд с иском к ЗАО «Интеко-чесс» и Мингосимуществу Калмыкии о признании сделки залога пакета акций недействительной. И она была аннулирована.

Видимо, уверенность Елены Николаевны, что она действительно «помогла» республике, была нерушимой, и в сентябре 1999 года она решает баллотироваться в депутаты Госдумы от Калмыкии. То ли история с владимирским УФСБ все же не давала ей расслабиться и она решила получить иммунитет, то ли дразнили лавры супруги Собчака Людмилы Нарусовой, которая вошла в парламент. То ли просто захотелось в политику... Кто знает. Но выборы Батурина проиграла.

Двойной стандарт

Чем внимательнее приглядываешься к проектам Батуриной, тем отчетливее кажется, что, по мнению супруги мэра, конкуренты всегда должны соблюдать те условия, от которых она себя освобождает. Показательная в этом плане история случилась в 2002 году, когда за $90 млн Батурина приобрела пакет акций крупного завода «Осколцемент». Этому предшествовало небольшое подорожание цемента на строительном рынке, которое позволил себе крупнейший цементный холдинг «Штерн-цемент» (где. кстати, за безопасность отвечал зять Брежнева - Чурбанов). Батурина тогда жаловалась, что даже малейшее колебание цен сильно осложнит строительство муниципального жилья. Оно попросту станет убыточным. И в отношении «Штерн-цемента» были применены строгие антимонопольные санкции. Любопытно, что после приобретения «Интеко» пакета акций «Осколцемента» цена на этот материал возросла на 50%. И никаких санкций не последовало.

Вероятно, это просто случайность, но. согласитесь, легче объяснить эту странную ситуацию тем, что жена Цезаря (хоть она и вне подозрений) может позволить себе многое. И связываться с ней не будет ни один здравомыслящий чиновник столицы.

Строительство в Москве - это вообще очень больной вопрос. Например, после того, как «Интеко» получила контроль над ДСК-3, стоимость жилья в Москве возросла в 2,4 раза. Так, по крайней мере, утверждают аналитики рынка. При этом доля батуринских фирм в общем строительстве столицы составляет около 20 процентов. И сегодня, в отличие от скромных 90-х, она сама с гордостью говорит об этом.

Сегодня Елена Николаевна Батурина почему-то ничего не боится. Похоже, она стала забывать о собственных тайнах первоначального накопления капитала, всерьез уверовав в свои же рассказы из серии «американской мечты». В святочную историю о том, как в современной России здравая, деловая женщина может сделать миллиардное состояние на производстве щеток для унитазов и держателей туалетной бумаги. Одна, без мужа. (Как в известном захаровском фильме: «Кстати, а кто у нас муж?... Предупреждать надо...»)

Подобные пробелы в памяти впору определять как «синдром Ходорковского», комсомольского кооператора 80-х годов прошлого века, заболевшего манией «прозрачности» на почве «благоприобретения» нефтяной компании Юкос.

В очередь...

Меж тем, аппетиты строительных кампаний все растут и растут. Естественно, растут и цены на жилье. Правда, к москвичам это не имеет никакого отношения. Например, существует статистика, которая утверждает: всех очередников можно было бы расселить на 6-ти млн кв. метров. За последние годы в столице построено 29 млн квадратных метров. Очередь, между тем, не сдвинулась.

Конечно, жалко бесплатно отдавать нуждающимся жителям золотые московские метры. Ради золотого тельца сносятся памятники архитектуры и детские садики, возводятся высотки, загораживающие остальным жизненное пространство, коренных москвичей отправляют на выселки за кольцевую дорогу. Градостроительная политика мужа и железобетонная практика жены - прекрасный семейный тандем. А для москвичей остаются лишь многообещающие постановления мужа-мэра и красивые рассуждения жены-миллиардерши:

«Думаю, оттого, что в советское время Москва стала столицей, она только проиграла. Здесь произошло больше разрушений и появилось много новостроек. Питеру в этом плане повезло гораздо больше, про него просто забыли. То, что сейчас власти пытаются восстанавливать исторические объекты, к сожалению, уже не вернет той атмосферы, что была в начале века. Но при этом нельзя не заметить, что город стал комфортным для проживания, да и уровень жизни вырос - не только в материальном плане». Увы! Все это совсем из другого мира и едва ли соответствует действительности.

Репутация в контексте судебного мнения о мнении

Елена Николаевна никогда не отказывает себе в удовольствии посудиться. При этом не делает разницы, какого оппонента выбрать. Представителей СМИ, которые по ее милости оказывались втянутыми в судебные процессы, было множество. А однажды (во времена «владимирской истории») Елена Батурина пыталась судиться даже с ФСБ. Как правило, она выигрывает. Это можно себе позволить, когда за спиной имеешь мужа - политического тяжеловеса. К остальным гражданам судьи относятся совсем не так благосклонно.

Но вот что любопытно. Если внимательно просмотреть все публикации, навлекшие на себя немилость этой дамы, и напечатанные потом газетами опровержения, выяснится: она никогда (или крайне редко) не опровергает факты. Как правило, она обрушивается на мнения, высказанные журналистами и, по мнению первой дамы, могущие навредить ее деловой репутации. Так, например, было в 1997 году с публикацией «Новой газеты» о миллионах, полученных в том числе и от правительства Москвы и вбуханных в недостроенный пивзавод «Князь Рюрик». В статье был такой абзац: «...Часть денег переводилась в одну замечательную частную фирму «Интеко». Учредителями в этой фирме всего два человека, а ее уставный капитал равняется 10 тыс. рублей. Замечательно АОЗТ «Интеко» главным образом тем, что его директором является Елена Николаевна Батурина, жена Юрия Михайловича Лужкова». И что же?

В судебном заседании 4 апреля 1997 года факты, приведенные газетой относительно Е. Н. Батуриной и АОЗТ «Интеко», полностью подтвердились (истцами они, кстати, и не оспаривались), однако суд решил, что само их упоминание в контексте с подзаголовком статьи - «На секретном пивзаводе отмываются десятки миллионов долларов» - и изложение в самой статье конкретных сведений о расследовании деятельности АО «Князь Рюрик» и ее руководителя на предмет ее противозаконности является распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию Батуриной Елены Николаевны и деловую репутацию АОЗТ «Интеко».

Еще смешнее получилось у Батуриной с газетой «Ведомости», которая не далее как 11 июня 2004 года опубликовала «опровержение», вдоволь поиздевашись над стремлением Батуриной с помощью суда заставить людей думать о ней лишь то, что сама она считает нужным: "Головинский районный суд обязал «Ведомости» опубликовать опровержение статьи «Комплекс Елены Батуриной», вышедшей на этом самом месте почти год назад. Решение суда мы законопослушно исполняем, но согласиться с ним не можем и этот спор будем продолжать. Нам приходится опровергать не фактическую ошибку, а мнение. Причем не конкретное суждение автора статьи, одного из лучших профессионалов в деловой журналистике, Эльмара Муртазаева. Опровергать нам предлагают впечатление, которое, по мнению Елены Николаевны Батуриной, могло возникнуть у читателя. «Читатели воспринимают весь текст как факт использования мной в бизнесе положения жены московского мэра в корыстных целях». - пишет Батурина в исковом заявлении, ссылаясь на экспертную оценку доктора филологических наук, профессора Е. Борисовой. Кстати, рассматривать оценку других экспертов суд отказался. Оценивать восприятие пришлось потому, что никакой напраслины в колонке не нашлось. Елена Батурина - глава компании «Интеко», супруга московского мэра - это факты.

«Московская бюрократия, способная заблокировать любой непонравившийся проект, для Елены Батуриной, похоже, делает приятное исключение». Это мнение. Какая связь между указанными фактами и мнением?.. Так что в итоге опровергаем мы мнение Елены Николаевны (подкрепленное мнением профессора) о том, какое мнение может возникнуть у читателя, прочитавшего мнение Эльмара Муртазаева».

Пожалуй, единственным настоящим успехом Батуриной в суде можно считать процесс с Доренко в 2000 году. Она опровергала его утверждение о наличии у нее собственности в США. Впрочем, там тоже без комизма не обошлось. Во-первых, Доренко, стоит отдать ему должное, и не настаивал на наличии у супруги мэра квартиры в Манхэттене (США). Он сослался на некую информацию, которую собирались проверить американские адвокаты. Но суд проиграл и вынужден был давать опровержение в эфире...

Батурина: «Читатели воспринимают весь текст как факт использования мной в бизнесе положения жены московского мэра в корыстных целях». А может быть, наоборот, сам мэр использует свою жену в корыстных целях? Впрочем, это тоже всего лишь мнение.

***

Соревнования по налоговому конкуру

Мэр Москвы Юрий Лужков придумал Всемирные юношеские игры и провел их. Жена градоначальника Елена Батурина не осталась в стороне от спорта больших достижений. Она организовала Ассоциацию конно-спортивных клубов и сама стала ее президентом. А затем приложила максимум усилий для проведения в столице в сентябре 1998 г. «Кубка мира по конному спорту». Призовой фонд - 200 тысяч долларов США.

Юрий Михайлович всячески поддерживает увлечения своей супруги. В основном, материально. Например, три года назад правительство Москвы выпустило постановление N 247-ПП и утвердило Целевую программу развития физической культуры и спорта на 2001 год. Смысл программы в том, что она финансируется за счет средств предприятий и организаций, освобождаемых от уплаты налога на прибыль в части, зачисляемой в бюджет города Москвы. При этом к лошадям правительство города проявило наибольшую любовь. Так, Федерации конного спорта дали налоговых послаблений на целых 10 млн долларов. В отличие, скажем, от всяких разных других видов спорта. Федерации дзюдо, скажем, помогли на 1 млн долларов, а федерациям шахмат, волейбола, фигурного катания и др. и того меньше- всего по 250 тысяч. Не устояли московские чиновники разве что перед Центром спортивных единоборств налоговых органов. Налоговикам дали налоговых послаблений на 9 млн долларов.

***

«Старосветские помещики»

Владимир Калашников

Похоже, что мэр Москвы и все его приближенные начинают впадать в неистовое состояние, как только кто-то из пишущей или снимающей братии позволяет сказать хоть что-то нелестное о самой госпоже Батуриной и ее детище под названием «Интеко». Любопытную публикацию на эту тему поместил у себя «Русский курьер» (22.04.2004 г). Газета опубликовала интервью с ведущей программы «24» на канале REN-TV Ольгой Романовой. «Не было ли у Вас профессиональных конфликтов?» - задали вопрос Романовой. - Мой любимый персонаж - Юрий Михайлович Лужков. Когда он уехал в Аджарию под ручку с Гарри Лучанским, мы сделали по этому поводу программу. Сведения о том, что именно фирма жены Лужкова «Интеко» делает в Аджарии, мы получили из статьи в «Московской правде», но только там заметка была под флагом «за мир и дружбу между народами». Пресс-секретарь Лужкова Сергей Цой прислал нам письмо на бланке московской мэрии (!), где было написано, что мэрия подает на нас в суд за клевету в адрес компании «Интеко». А я и не знала, что «Интеко» есть часть московского правительства. Я искренне удивилась и страшно обрадовалась. Мне-то по наивности казалось, что в семье московского мэра между интересами мужа и жены построена китайская стена. Оказывается, нет - на бланке московской мэрии можно защищать интересы частной компании...» Можно предположить, что большие деньги и власть настолько застили глаза этой «скромной» московской семье, что здесь забыли про всякие рамки приличий. И если с московскими журналистами приходится еще как-то считаться, то вдали от столицы с людьми уже и вовсе не церемонятся. Как, например, в Белгородской области, где «Интеко» скупила 42 тысячи гектаров плодородной земли. И все у Батуриной там хорошо, только люди мешают.

Дело дошло до того, что на своем личном сайте губернатор Белгородчины Евгений Савченко высказал личное мнение о деятельности «Интеко-Агро» в Белгородской области: ««ЗАО «Интеко-Агро». которое владеет значительными сельхозугодиями в Ивнянском, Прохоровском районах, планирует развернуть свою деятельность также в Волоконовском и Валуйском районах. Считаю, что допускаются серьезные просчеты в практической деятельности и в особенности во взаимодействии с местным населением. ЗАО «Интеко-Агро» рекомендовано наладить отношения с органами местного самоуправления, со специалистами, хорошо знающими специфику ведения сельского хозяйства в условиях Черноземья, а также с местным населением. Исправить все ошибки и недостатки, допущенные на первом этапе...»

Вот уж, действительно, Москвы им уже мало...

 

ЕЛЕНА БАТУРИНА ЗАМЕЧЕНА В ПОРОЧАЩИХ СВЯЗЯХ

 

Супругу экс-мэра Москвы могут привлечь к уголовной ответственности

Скандально известный предприниматель Шалва Чигиринский обнародовал документы, свидетельствующие о том, что совладельцем его компании Sibir Energy была владелица корпорации «Интеко» и супруга мэра Москвы Елена Батурина. Таким образом, г-жа Батурина вполне может стать одним из главных фигурантов уголовного дела о неуплате налогов в размере 600 миллионов рублей, которое было возбуждено в отношении Sibir Energy Главным следственным управлением при ГУВД Москвы в конце июня.

На днях адвокат Шалвы Чигиринского Кристофер Грирсон передал Высокому суду Лондона копии договора поручения от 2003 года, под которым стоят подписи г-на Чигиринского и г-жи Батуриной. Предприниматели подписались под ним как совладельцы компании Rossini, зарегистрированной на Британских Виргинских островах, наделив адвокатов швейцарской фирмы Bruppacher Hug & Partner полномочиями членов совета директоров. Основным активом этой оффшорной компании был 51 процент акций холдинга Sibir Energy, контроль над которым сейчас пытается вернуть себе через суд Шалва Чигиринский. Ранее считалось, что вторым бенефициаром Rossini был Руслан Байсаров, и именно против него формально направлен иск Чигиринского. Однако сам г-н Чигиринский не раз заявлял, что за Байсаровым стоит владелица «Интеко» Елена Батурина, и наконец, предъявил суду подтверждающие это документы.

Кроме договора поручения, адвокат Чигиринского передал суду несколько служебных записок, также содержащих подписи г-жи Батуриной и при этом утвержденных юристами Bruppacher Hug & Partner. Из этих документов следует, что Батурина и Чигиринский владели Rossini как равноправные собенефициары, контролируя по 50 процентов акций, и их указания были «действительны только в том случае, если EB (Elena Baturina) и СЕ (Chalva Tchigirinski) дают одинаковые указания». Еще один любопытный эпизод связан с определением правопреемников г-жи Батуриной. Отто Брудерер – управляющий партнер швейцарского банка Wegelin, где, по мнению наблюдателей, сосредоточены основные счета владелицы «Интеко», — по свидетельству адвокатов, рекомендовал Елене Батуриной «не называть ее мужа в приложении к договору поручения на случай смерти или недееспособности».

Если подлинность документов будет доказана, г-жа Батурина неминуемо должна оказаться среди фигурантов уголовного дела, заведенного Главным следственным управлением ГУВД Москвы в отношении Шалвы Чигиринского. Как известно, следователи вменяют ему, как владельцу Sibir Energy, уклонение от уплаты налогов в размере 600 млн. рублей, которое имело место в 2003-2006 гг. Находящийся в Лондоне Чигиринский вот-вот может быть объявлен в международный розыск. Руслана Байсарова это уголовное преследование не затрагивает, поскольку он стал номинальным совладельцем Rossini лишь в январе текущего года. А вот участие в проекте Елены Батуриной пришлось как раз на срок совершения преступления, так что по закону она должна делить ответственность с г-ном Чигиринским.

Партнерство Чигиринского и Батуриной началось в конце 90-х годов, точнее, владелец Sibir Energy был вынужден взять супругу мэра Москвы в долю, поскольку, по его словам, «ни один значительный проект не мог быть реализован в городе без ее поддержки». Отношения были довольно длительными, а в 2003 году партнеры вполне цивилизованно разделили бизнес, совместно учредив оффшорные компании Rossini (нефтяной бизнес) и Salvini (девелопмент). И в той, и в другой фирме Батуриной принадлежали по 50 процентов акций, хотя она тщательно скрывала свою к ним причастность. Тем не менее, и после раздела бизнеса г-н Чигиринский продолжил плотно сотрудничать с правительством Москвы, что служит косвенным доказательством оставшихся взаимных интересов. А вот в 2008 г. отношения Батуриной и Чигиринского резко испортились. У Чигиринского тут же начались неприятности с московскими властями: он был лишен контроля над реконструкцией гостиницы «Россия», а вскоре стал фигурантом уголовного дела. Сама Батурина обвиняет своего бывшего партнера в невозврате крупного долга (42 млн. долларов), при этом заявляет, что больше никаких деловых и прочих связей с Чигиринским у нее не было.

Однако документы, представленные в лондонский суд, доказывают, что связи были, причем весьма «порочащие» как саму г-жу Батурину, так и всю столичную власть.

 

Старые и новые уголовные дела Елены Батуриной

 

В долгоиграющем конфликте между братом и сестрой Батуриными за долю в миллиардном бизнесе компании «Интеко» возник новый поворот. Как и неоднократно ранее, не сумев доказать свою юридическую позицию в судах и арбитражах России и Австрии, бывшая хозяйка Москвы вновь обратилась к более «надёжным» методам – в правоохранительные органы.

На днях стало известно, что вдова столичного градоначальника желает возобновления расследования уголовного дела против своего брата Виктора Батурина и его финансового управляющего Эренцена Манжеева, возбуждённого по заявлению её адвокатов в 2017 г. в правоохранительных органах Москвы. Тогда Виктор Батурин и его управляющий были обвинены в попытке получить незаконный доступ к денежным средствам Елены. Сакральным столбом, вокруг которого разворачивался конфликт, стало Приложение № 1 к мировому соглашению между братом и сестрой, заключённому ещё в 2007 г. По версии Виктора, в этом документе Елена обязывалась выплатить своему брату, ранее совместно с ней управлявшему бизнесом «Интеко», стоимость 25% акций «Интеко» в сумме более 13 млрд. рублей. А версия Елены, также подписанная обеими сторонами соглашения, такого обязательства волшебным образом не содержит, и она посчитала вариант брата подложным.

Применение уголовного преследования как метода разрешения корпоративных конфликтов – далеко не новость для российского бизнеса, и Елене Батуриной этот метод наверняка хорошо известен. Виктор неоднократно обвинял её в разных проступках. Сегодня считается, что вернуть родного брата за решётку – может быть единственной целью попыток Батуриной и её адвокатов возобновить расследование уголовного дела.

И всё это несмотря на то, что ни подозреваемых, ни обвиняемых в уголовном деле № 11701450147002143 до сих нет – то есть уже три года дело расследуется в безвоздушном пространстве. Лишь в начале 2018 г. Виктор Батурин был допрошен в качестве свидетеля и, по его словам, пояснил все обстоятельства подписания Приложения № 1, рассказал о судебных разбирательствах о защите чести и достоинства в Австрии, а также подтвердил, что действительно пытался организовать встречу с сестрой для урегулирования ситуации.

А между тем уже в апреле 2017 г. силами экспертов ЭКЦ МВД была подготовлена справка об исследовании Приложения № 1 в версии Елены Батуриной. Согласно этой справке, подпись на сшивке Приложения № 1, которая заверена нотариусом Я.И. Дзядыком как подпись Виктора Батурина, вероятно, принадлежит самой Батуриной:

«При сравнении подписи на оборотной стороне листа № 24 указанного документа с подписями и почерком Батуриной Е.Н. установлено, что выявленные общие и частные признаки существенны, устойчивы, значительны по количеству, однако при имеющихся различиях они образуют совокупность … достаточную только для вероятного вывода о выполнении исследуемой подписи … Батуриной Е.Н.».

Этот вывод вполне может быть подтверждён и в европейском суде. В настоящее время подписи Елены и Виктора на Приложении № 1 в версии сестры исследуется экспертами-графологами австрийского суда, и совершенно очевидно, что в случае обнаружения подделки Батуриной подписи своего брата ей может грозить гораздо больше, чем потеря 13 млрд. Скорее всего, следователи придут уже к ней. Возможно, чтобы этого не допустить, и делается попытка возобновить уголовное преследование Виктора в России.

В постановлении о возбуждении уголовного дела № 11701450147002143 указано, что оно возбуждено «в отношении неустановленных лиц». Однако в своем заявлении адвокат Елены Батуриной прямо указывает на Виктора и его управляющего Манжеева как на лиц, совершивших преступление. Они же указаны в описательной части постановления о возбуждении дела как совершившие действия, содержащие, по мнению заявителя, признаки преступления. Как именно «неустановленные лица» физически могли представить в суд Приложение №1, представить довольно сложно. По мнению Андрея Гурвича, адвоката Московской коллегии адвокатов, знакомого с обстоятельствами дела, «это говорит о том, что в постановлении о возбуждении дела умышленно сфальсифицированы его обстоятельства, и оно должно быть отменено. Текст постановления вообще говорит скорее об отсутствии каких-либо оснований для уголовного преследования Виктора Батурина. Создаётся впечатление, будто Елена Николаевна обращается к правоохранителям всякий раз, когда в судах её дела ухудшаются».

Бессмысленность происходящего лучше всего выразила московская прокуратура, в марте 2020 г. передавшая дело в Следственный комитет России с формулировкой «нарушение разумного срока расследования, многочисленные процессуальные нарушения, невыполнение требований надзорного ведомства». В настоящее время уголовное дело находится в Следственном комитете, и Виктор Батурин с Эренценом Манжеевым уже обратились к руководству СК с жалобами, которые, весьма вероятно, могут уже в ближайшее время привести к крушению надежд Елены Батуриной на продолжение уголовного преследования родного брата.